Заказать консультацию



Спасибо, мы скоро с вами свяжемся.

По рекламе и размещению в Юркаталоге звоните или пишите:

+375 44 77-361-33, info@jurcatalog.by

Об ответственности за передачу т\с лицу, находящемуся в состоянии опьянения. Часть 2

Редакция новая — проблемы старые

В первой части этого материала мы проанализировали п. 11 Правил дорожного движения, утвержденных Указом Президента Республики Беларусь от  28.11.2005 № 551 (далее — ПДД) в редакции 2009 года в контексте беспрецедентного дела об административном правонарушении, которое касалось якобы передачи управления учебным автомобилем курсанту автошколы, находящемуся в состоянии наркотического опьянения. Однако, как упоминалось там же, Указом Президента Республики Беларусь от 25.11.2010 № 611 п. 11 ПДД был изложен в новой редакции, которую, дабы не утруждать читателя поисками, приведем полностью еще раз:

«11. Владельцу транспортного средства либо лицу, имеющему право на управление транспортным средством, запрещается передавать управление транспортным средством другому лицу:

11.1. не имеющему при себе водительского удостоверения;

11.2. не убедившись, что лицо, которому передается управление транспортным средством, не находится в состоянии алкогольного опьянения либо в состоянии, вызванном употреблением наркотических средств, психотропных, токсических или других одурманивающих веществ».

Сегодня мы проанализируем вышеуказанный пункт в новой редакции в контексте дела об административном правонарушении 2012 года.

А фабула дела такова

Гражданин А. 15 января 2012 г. вместе с гражданином Б. поздно вечером решили совершить поездку к своим знакомым в городской поселок N. Так как оба они до этого употребляли алкоголь, было принято решение обратиться к гражданину В. и попросить того подвезти их на автомобиле, который принадлежал гражданину А. на праве частной собственности. Гражданин Б. связался по мобильному телефону с гражданином В., изложил общую просьбу, на что гражданин В. ответил согласием. Непосредственно перед самым отъездом из Минска,гражданин А. спросил у гражданина В., употреблял ли тот алкогольные напитки в течение последних 3–4 часов, на что последовал отрицательный ответ.

Далее на выезде из Минска автомобиль был остановлен сотрудниками ДПС, гражданин В. (водитель) был отправлен на медицинское освидетельствование на предмет нахождения в крови алкоголя. Результаты освидетельствования зафиксировали у него состояние алкогольного опьянения, 0,3% этилового спирта в выдыхаемом воздухе, 0,38%— в крови. После этого на гражданина В. был составлен протокол об административном правонарушении за управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, а на гражданина А. — за передачу управления автомобилем лицу, находящемуся в состоянии алкогольного опьянения. Гражданину А. вменялось в вину нарушение п. 11.2 ПДД, а именно то, что гражданин А. якобы «не убедился, что лицо, которому передается управление транспортным средством, не находится в состоянии алкогольного опьянения либо в состоянии, вызванном употреблением наркотических средств, психотропных, токсических или других одурманивающих веществ…».

Основным вопросом, который необходимо было установить по данному делу, являлся вопрос о том, имеется ли вина гражданина А. в содеянном.

Состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 18.16 Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее — КоАП) (передача управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии алкогольного опьянения), предусматривает совершение противоправного деяния с прямым умыслом. Согласно ч. 2 ст. 3.2 КоАП

административное правонарушение признается совершенным с прямым умыслом, если физическое лицо, его совершившее, сознавало противоправность своего деяния, предвидело его вредные последствия и желало их наступления.

Статья 3.4 КоАП определяет, что форма вины при совершении административного правонарушения, не связанного с наступлением вредных последствий, устанавливается по отношению физического лица к противоправному деянию.

Поскольку рассматриваемый состав не связан с наступлением вредных последствий, гражданин А. должен был осознавать противоправность деяния, определенного КоАП, а именно, на наш взгляд:

1. сознавать то, что лицо, которому передается управление механическим транспортным средством, находилось в состоянии алкогольного опьянения;

2.    сознавать то, что он осуществляет передачу управления механическим транспортным средством другому лицу находящемуся в состоянии алкогольного опьянения (что, собственно говоря, и запрещено законом).

Но на основании каких фактов и обстоятельств гражданин А. должен был прийти к выводу (осознанию), что лицо, которому он передал управление транспортным средством,  находится в состоянии алкогольного опьянения? И каким образом гражданин А. должен был убедиться, что лицо, которому передается управление транспортным средством, не находится в состоянии алкогольного опьянения? Давайте учитывать, что законодательство не содержит норм, которые бы обязывали граждан в этих случаях проводить освидетельствование лиц, которым передается управление транспортным средством, на предмет нахождения их в состоянии алкогольного опьянения (мы говорим об освидетельствовании в медицинском учреждении). Нет такой юридической обязанности у владельцев транспортных средств. Отсюда вывод, что владелец транспортного средства при оценке ситуации должен исходить из внешних признаков алкогольного опьянения физического лица.

Эти признаки законодатель дает в Положении о порядке проведения освидетельствования физических лиц на предмет выявления состояния алкогольного опьянения и (или) состояния, вызванного потреблением наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов, токсических или других одурманивающих веществ, утвержденном постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 14.04.2011 № 497. К ним, например, относятся запах алкоголя изо рта, затруднения при сохранении равновесия, нарушения речи, шатающаяся походка и др.

Как следует из материалов дела (из показаний гражданина А.), 15 января 2012 г. гражданин В. был вполне адекватен, никаких признаков алкогольного или наркотического опьянения у него не наблюдалось (ни запаха, ничего другого). Его показания подтвердил свидетель Б. — гражданин, который непосредственно вызывал гражданина В., вместе с гражданином А. встречал гражданина В., видел состояние последнего, мог это состояние оценить.

Как следует из акта освидетельствования гражданина В. от 15.01.2012 № 513, у него действительно было обнаружено состояние алкогольного опьянения. Однако цифры указывают на минимальную степень этого опьянения — 0,3% этилового спирта в выдыхаемом воздухе, 0,38 % — в крови. Как свидетельствуют данные медицинской науки, такая степень алкогольного опьянения во внешних признаках не проявляется, и выявить такую степень алкогольного опьянения путем анализа и оценки внешних признаков практически невозможно.

Таким образом, можно утверждать, что гражданин А. никак не мог и не должен был сознавать то, что гражданин В. находился в состоянии алкогольного опьянения. Он практически не мог об этом даже подозревать. Отсюда следует вывод, что гражданин А. считал (сознавал), что он осуществляет передачу управления механическим транспортным средством трезвому гражданину В. В совокупности же все вышесказанное, на наш взгляд, свидетельствует об отсутствии вины гражданина А. в том деянии, в котором он был обвинен по настоящему делу. Увы, у органа, ведущего административный процесс, на этот счет другое мнение.

 

 

Павел Латышев — юрист

Сергей Латышев — адвокат

http://advokat-latyshev.by/

1785