Заказать консультацию



Спасибо, мы скоро с вами свяжемся.

По всем вопросам звоните или пишите:

+375 44 77-361-33, info@jurcatalog.by

Операции в системе WebMoney Transfer: легальная деятельность или преступление?

Новации в сфере финансово-экономической деятельности, преследующей цель систематического извлечения прибыли, практически всегда опережают по времени их правовое регулирование, что характерно и для Беларуси, и для иных государств. Нередко до момента относительно полной и развернутой легализации и упорядочивания в законодательстве страны тех или иных новых для рынка предпринимательских отношений к участникам этих отношений применяются меры государственного принуждения со стороны органов правоохранения и суда, оценивающих их как отклонение от установленного порядка осуществления предпринимательской деятельности.

 

Природа платежной системы  WebMoney Transfer и транзакций, совершаемых с ее использованием

Система  WebMoney Transfer (далее — WebMoney) существует с 1998 года и является мировой электронной платежной системой, в которой в качестве платежного средства используются титульные знаки. Пользователю WebMoney необходимо заключить соглашение с платежной системой — организацией, являющейся эмитентом титульных знаков.

Эмиссию титульных знаков определенного типа осуществляет организация, управляющая обеспечением эмиссии, устанавливающая эквивалент обмена на заявленные имущественные права, опубликовавшая на веб-сайте WebMoney и в ПО WebMoney Keeper оферту по купле-продаже титульных знаков гарантируемого типа. Обычно указанное соглашение заключается путем регистрации на сайте организации — эмитента с присвоением номера счета (электронный кошелек или виртуальный счет), на котором будут храниться титульные знаки WebMoney, то есть эквивалент денег. Согласно соглашению пользователь получает возможность получать услуги по осуществлению платежей в пользу третьих лиц и обмену титульными знаками, в том числе обмену титульных знаков WebMoney на денежные средства.

Пользователь пополняет свой электронный кошелек посредством перечисления денежных средств на банковский счет организации — эмитента титульных знаков WebMoney или представителя этой организации (обменный пункт, обменный сервис) либо путем передачи наличных денег организации-эмитенту. Организация-эмитент, приняв эти деньги, зачисляет соответствующую сумму титульных знаков WebMoney — эквивалент полученных денежных средств, в электронный кошелек пользователя с удержанием определенного комиссионного вознаграждения.

Вывод пользователем денег из WebMoney (трансформация титульных знаков в деньги) производятся также через организации-эмитенты, но в обратном порядке. Пользователь перечисляет определенную сумму титульных знаков WebMoney в электронный кошелек организации-эмитента и получает у него их эквивалент — наличные денежные средства с уплатой комиссионного вознаграждения.

WebMoney поддерживает несколько типов титульных знаков, обеспеченных различными активами и хранящихся на соответствующих электронных кошельках. Например, WMZ —  эквивалент долларов США (кошелек типа Z), WMR — эквивалент российских рублей (кошелек типа R).  При переводе средств используются однотипные кошельки, а обмен различных титульных знаков WebMoney, в том числе титульных знаков WebMoney на деньги, производится в организациях-эмитентах.

Титульные знаки — это хранящиеся в электронном виде на программно-техническом устройстве единицы стоимости, выражающие сумму обязательств эмитента перед пользователями и принимаемые в качестве средства платежа исключительно эмитентом.

Если единицей стоимости выступает иностранная валюта, то титульные знаки можно рассматривать как виртуальные условные денежные единицы, специальные права заимствования. Титульный знак выражает сумму обязательств их эмитента перед пользователем по его погашению. Указанному обязательству организации-эмитента корреспондирует право требования пользователя об их погашении (обмене на наличные или безналичные денежные средства). Поэтомутитульные знаки являются не только средством платежа, но и обязательством, подлежащим исполнению в обычных деньгах (банкнотах и монете). Ввиду сказанного электронный кошелек пользователя выступает также и в качестве способа учета названных прав требований пользователя.

 

Правовое регулирование транзакций с титульными знаками в Республике Беларусь

 

Начало нормативному регулированию транзакций с электронными продуктами было положено в начале нынешнего века. С этого момента и по настоящее время действовали несколько нормативных правовые акты, имеющих отношение к регулированию анализируемых отношений

Первый документ, на котором мы остановимся — постановление Правления Национального банка Республики Беларусь от 07.07.2000 № 16.3г «О минимальных требованиях к выпуску в обращение предоплаченных банковских пластиковых карточек» (далее — постановление № 16), которое действовало до 07.07.2001. Согласно абзацам 3 и 4 п. 1 постановления № 16 юридические лица, не являющиеся банками, могли осуществлять деятельность по продаже электронных продуктов для расчетов за товары, принадлежащие им на правах собственности, и оказываемые ими услуги. Такая деятельность рассматривалась как получение аванса за данные товары (услуги). Она могла осуществляться юридическими лицами в соответствии с законодательством Республики Беларусь и не регламентировалась Национальным банком Республики Беларусь (далее — Нацбанк). Иная деятельность юридических лиц по продаже электронных продуктов для расчетов за товары (услуги) не допускалась. Термин «титульные знаки», «единицы стоимости» или аналоги этих терминов в постановлении № 16 не использовались.

Следующий документ, заслуживающий внимания — постановление Правления Национального банка Республики Беларусь от 27.06.2001 № 146 «О минимальных требованиях к осуществлению операций с банковскими пластиковыми карточками электронных денег» (далее — постановление № 146), которое действовало  до 07.08.2002. Согласно п. 1.1 постановления № 146  деятельность юридических лиц по эмиссии карточек электронных денег только для использования их держателями в расчетах за товары, принадлежащие данным юридическим лицам на правах собственности, и оказываемые ими услуги не регламентировалась Нацбанком и осуществлялась в соответствии с законодательством Республики Беларусь. Проведение эмиссии карточек юридическими лицами для иных целей не допускалась. О транзакциях с титульными знаками в постановлении № 146 не упоминалось вовсе.

Следующий документ, достойный анализа — постановление Правления Национального банка Республики Беларусь от 26.07.2002 № 151 «О минимальных требованиях к осуществлению эмиссии и проведению операций с использованием электронных денег» (далее — постановление № 151), которое действовало до 08.12.2003. В п. 2 постановления № 151 предусматривалось, что деятельность юридических лиц по эмиссии электронных денег только для использования их держателями в расчетах за товары, принадлежащие данным юридическим лицам на правах собственности, и оказываемые ими услуги не регламентировалась Нацбанком и осуществлялась в соответствии с законодательством Республики Беларусь. Проведение эмиссии электронных денег юридическими лицами для иных целей не допускалось. Постановление № 151, как и постановление № 146, не регулировало отношений по проведению транзакцию с титульными знаками.

Важным документом являются Правила осуществления операций с электронными деньгами, утвержденные постановлением Правления Национального банка Республики Беларусь от 26.11.2003 № 201 в редакции постановления Правления Национального банка Республики Беларусь от 16.02.2007 № 52 (далее — Правила). Правила действуют по настоящее время. В п. 3 Правил электронные деньги определяются как хранящиеся в электронном виде единицы стоимости, принимаемые в качестве средства платежа при осуществлении расчетов как с эмитентом данных единиц стоимости, так и с иными лицами и выражающие сумму безусловного и безотзывного обязательства эмитента по погашению данных единиц стоимости любому лицу, предъявившему их для погашения. В п. 1 Правил закрепляется норма, согласно которой к электронным деньгам не относятся хранящиеся в электронном виде на программно-техническом устройстве единицы стоимости, выражающие сумму обязательств эмитента перед держателями и принимаемые в качестве средства платежа исключительно эмитентом.

Приведенный анализ показывает, что только в 2007 году Нацбанк расставил точки над «i», однозначно и определенно сказав, что титульные знаки не являются электронными деньгами.

Регулируя вопросы использования электронных денег, Правила не регламентируют порядок эмиссии и использования не являющихся электронными деньгами единиц стоимости, именуемых титульными знаками.

Таким образом, в белорусском законодательстве ранее и в настоящее время для регламентации отношений с титульными знаками характерно следующее:

- титульные знаки не относятся к электронным деньгам;

- титульные знаки имеют ограниченное хождение лишь в рамках определенных закрытых платежных систем и, как следствие, на осуществление транзакций с титульными знаками не могло распространяться и не распространялось законодательство об операциях с электронными деньгами;

- специального нормативного правового регулирования транзакций с титульными знаками не существовало и не существует до настоящего времени.

 

Операции с титульными знаками как предпринимательская деятельность

 

Определившись с правовой природой титульных знаков и системой, в которой они циркулируют, зададимся вопросом — можно ли сделать бизнес на транзакциях с титульными знаками? И, если да, то является ли проведение таких транзакций предпринимательской деятельностью, подчиняющейся общим правилам осуществления предпринимательской деятельности?

Очевидно, что деятельность эмитента титульных знаков является предпринимательской, поскольку преследует цель извлечения прибыли за счет получения вознаграждения от пользователей за предоставляемые услуги с титульными знаками. Такая деятельность является систематической, отвечает иным признакам предпринимательской деятельности, зафиксированным в законодательном определении этого понятия в ст. 1 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК).

Также очевидно и то, что осуществляемые пользователями транзакции с эмитентом по обмену денег на титульные знаки и титульных знаков на денежные средства, равно как и совершаемый ими с эмитентом обмен различных титульных знаков, не имеют признаков предпринимательской деятельности.

Осуществление пользователями платежей в пользу третьих лиц с применением титульных знаков может использоваться и в непредпринимательской, и в предпринимательской деятельности. Но в последнем случае предпринимательством являются совершаемые в гражданском обороте сделки между пользователем и третьими лицами, а не транзакции пользователя по оплате этих сделок с использованием титульных знаков.

В силу ряда причин пользователь может поручить третьему лицу за вознаграждение совершить для него транзакцию с принадлежащими ему титульными знаками или приобрести для него титульные знаки за принадлежащие ему деньги.

Когда оказание таких услуг будет востребовано пользователями, число потребителей данных услуг среди пользователей будет относительно постоянным по времени и месту и они будут готовы оплатить эти услуги, то всегда найдутся лица, которые в свою очередь будут готовы оказывать данные услуги на постоянной основе, возмездно, извлекая из этого прибыль. Другим словами, проведение в интересах третьих лиц транзакций с титульными знаками может отвечать признакам предпринимательской деятельности, предусмотренным в ст. 1 ГК. Такая деятельность может быть признана предпринимательской.

Как и всякая иная предпринимательская деятельность, деятельность по совершению транзакций с титульными знаками в интересах третьих лиц должна осуществляться только после прохождения процедур государственной регистрации субъекта хозяйственной деятельности и, если это следует из законодательства, только после получения лицензии на этот вид деятельности. Отступление от этих правил, закрепленных в законе, грозит применением к виновным ответственности за незаконную предпринимательскую деятельность. Но для этого надлежит выяснить, к какому виду деятельности относятся транзакции с титульными знаками в пользу третьих лиц, и, в зависимости от ответа на этот вопрос, определить имеются ли особенности государственной регистрации и лицензирования такого вида деятельности.

 

Оценка судом характера транзакций с титульными знаками в интересах третьих лиц 

 

Для того чтобы инкриминировать лицу осуществление незаконной предпринимательской деятельности, ответственность за которую предусмотрена в ст. 233 Уголовного кодекса Республики Беларусь (далее — УК) необходимо установить, к какому виду она относится.

 

Пример

По уголовному делу Б. орган уголовного преследования вменил в вину обвиняемому осуществление без государственной регистрации и без лицензии деятельности по обмену и купле-продаже электронных денег WebMoney в период с 02.10.2002 по 19.05.2004. Согласно обвинению Б. производил обмен иностранной валюты граждан (далее — клиенты) на титульные знаки и титульных знаков клиентов на иностранную валюту. Клиенты оплачивали Б. названные транзакции из расчета 1–2% от суммы транзакции.

Сумма полученная Б. была определена как доход в особо крупном размере от незаконной предпринимательской деятельности. Действия Б. квалифицированы по признаку получения дохода в особо крупном размере по ч. 2 ст. 233 УК, как предпринимательская деятельность по привлечению денежных средств граждан, по расчетному и кассовому обслуживанию данных граждан без государственной регистрации и лицензии Нацбанка. 

Суд Партизанского района г. Минска в целом согласился с приведенным обвинением, сформулированным органом уголовного преследования. Он лишь обоснованно констатировал, что титульные знаки не являются электронными деньгами, ввиду чего исключил из обвинения Б. указание на нарушение им Правил. Наряду с этим суд уточнил объем обменных транзакций с титульными знаками в сторону уменьшения, что не изменило общей оценки им этой деятельности, как совершенной в особо крупном размере

Обвиняемый был осужден по ч. 2 ст. 233 УК к 2 годам ограничения свободы с лишением права заниматься индивидуальной предпринимательской деятельностью сроком на 3 года.

 

Рассмотрим ошибки в данном судебном решении.

 

Судебная ошибка № 1: правильно определяем вид деятельности

Представляется, что суд неверно определил вид деятельности, который осуществлял обвиняемый. Со ссылкой на ст. 14, 77 и 108 Банковского кодекса Республики Беларусь (далее — БК) в редакции, действовавшей на момент совершения действий, инкриминируемых обвиняемому, он оценил эту деятельность как осуществление банковских операций, которые могут производить только банки или небанковские кредитно-финансовые организации и только при наличии лицензии Нацбанка. Между тем, Б. указанных операций не производил.

Согласно ст. 8, 9, 14 и 15 БК пассивной банковской операцией является привлечение денежных средств физических и (или) юридических лиц во вклады (депозиты). В приговоре слова, выделенные полужирным шрифтом, судом опущены! Думается, сделано это судом осознанно.

Нельзя было не заметить такую «тонкость», заключающуюся в том, что денежные средства граждан могут привлекаться банками только во вклады (депозиты). Суд, полагаем, отдавал себе отчет в том, что денежные средства клиентов не привлекались Б. во вклады (депозиты). О понимании этого обстоятельства говорит, в частности, отмеченная судом ошибка органа уголовного преследования, который в одном месте обвинения признал действия Б. совершением сделки по купле-продаже электронных денег WebMoney.

Давая оценку несостоятельности такого утверждения, суд обоснованно указал, что купля-продажа предполагает переход права собственности на продаваемый или покупаемый предмет и что Б. в процессе обмена электронных знаков правом собственности на данные знаки и валюту не обладал, поскольку являлся посредником в данной сделке.

Едва ли суд не знал, что в соответствии со ст. 180 БК банковский вклад (депозит) — это денежные средства в белорусских рублях или иностранной валюте, размещаемые физическими и юридическими лицами в целях хранения и получения дохода на срок или до востребования. Очевидно, что, получая валюту от клиентов для обмена ее на титульные знаки, Б. не преследовал цель обеспечить хранение валюты, равно как и клиенты не преследовали цель хранения валюты у Б. и получения от него дохода от такого хранения.

В приговоре сформулировано обвинение Б. в осуществлении расчетного и кассового обслуживания клиентов, как банковской операции. Но в чем оно выразилось, не сказано и, по сути, такая формулировка является голословной.

На фоне достаточно грамотного в целом приговора, исключение судом слов «во вклады (депозиты)» из заимствованного в БК названия вида осуществлявшейся Б. деятельности, указывает на то, что суд пошел на поводу у обвинения, встал на позицию обвинительного уклона, использованного органами уголовного преследования, вместо того, чтобы занять принципиальную, беспристрастную и объективную, основанную на законе позицию.

Из обвинения Б. следует, что его незаконная предпринимательская деятельность выразилась в проведении расходных и приходных транзакций с титульными знаками. Если к обвиняемому обращался клиент с просьбой обменять наличные денежные средства на титульные знаки, то обвиняемый осуществлял приходную транзакцию. Он совершал соответствующие действия с организацией-эмитентом по зачислению наличных денег клиента на электронный кошелек клиента в виде титульных знаков. Таким образом, обвиняемым наличные деньги клиента преобразовывались в титульные знаки клиента. Если к обвиняемому обращался клиент с просьбой обменять титульные знаки клиента на наличные денежные средства, то обвиняемый осуществлял расходную транзакцию. Производились соответствующие действия с организацией-эмитентом по снятию определенного количества титульных знаков с электронного кошелька клиента, зачислению их на счет организации-эмитента и получения от нее взамен их наличных денег с последующей передачей наличных денег клиенту. То есть обвиняемым титульные знаки клиента преобразовывались в наличные деньги клиента.

Собственником денег (наличных и в виде титульных знаков) при совершении приходных и расходных транзакций был и оставался клиент, что отмечено в приговоре суда.

Услуга, которую оказывал обвиняемый при совершении этих транзакций, оплачивалась обвиняемому клиентом. Эти действия по оказанию рассматриваемой услуги имеют характер урегулированного нормами гражданского законодательства посреднического договора, к которому относятся возмездный договор комиссии, возмездный договор поручения и иные.

Сказанное приводит к выводу о том, что предпринимательская деятельность Б. выражалась в оказании посреднических услуг. Это же признал и суд в приговоре, указав, что он являлся посредником. Поэтому на него не распространяются положения БК о государственной регистрации в Нацбанке и получении у него лицензии. В силу Положения о лицензировании отдельных видов деятельности, утвержденного Декретом Президента Республики Беларусь от 14.07.2003 № 17 «О лицензировании отдельных видов деятельности), осуществление посреднических услуг не требовало наличия лицензии.

Б. осуществлял свою деятельность легально. Он прошел государственную регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя, получив соответствующее свидетельство. Для осуществления вышеуказанных действий ему не надо было создавать банк и проводить его государственную регистрацию в Нацбанке. Б. встал на налоговый учет в качестве индивидуального предпринимателя. Осуществлявшиеся им приходные и расходные транзакции отражались им документально в соответствующем журнале, который наряду с другими доказательствами был положен судом в основу приговора. Таким образом, в действиях Б. отсутствовали оба альтернативных конструктивных признака незаконной предпринимательской деятельности предусмотренных ст. 233 УК:

- признак отсутствия государственной регистрации;

- признак отсутствия  лицензии, когда ее наличие обязательно.

 

Судебная ошибка № 2: правильно считаем деньги

 

Полагаем, суд допустил также ошибку при определении размера дохода от деятельности, осуществлявшейся Б.

И орган уголовного преследования, и суд при исчислении размера дохода вначале определяли сумму проводившейся Б. приходной или расходной транзакции, то есть использовалась сумма денежных средств клиента в валюте, переводившаяся в титульные знаки или получаемая от перевода из титульных знаков. Затем эту же сумму признавали доходом Б. от такой транзакции, рассматривая ее, как подчеркнуто в приговоре, в качестве денежной выручки без затрат на ее получение.

В соответствии с примечанием к ст. 233 УК под доходом от незаконной предпринимательской деятельности следует понимать всю сумму выручки в денежной или натуральной форме без учета затрат на ее получение. Из этого определения следует, что доход — это выручка лица,полученная им от осуществления незаконной предпринимательской деятельности.

Законодатель в ст. 233 УК установил уголовную ответственность за незаконное предпринимательство, сопряженное с получением дохода тем, кто такое незаконное предпринимательство осуществлял. Из вышеизложенного следует, что Б. осуществлял деятельность по оказанию посреднических услуг.                                       

Согласно ст. 881 ГК платой за такие услуги является комиссионное вознаграждение. Или вознаграждение, если применять ст. 862 ГК. Выплаченное клиентом вознаграждение (плата) за оказание указанной услуги (приходные и расходные транзакции) и является доходом обвиняемого.

Как указано выше, и расходные, и приходные транзакции с титульными знаками совершаются организацией-эмитентом за комиссионное вознаграждение. При совершении данных транзакций комиссионное вознаграждение организация-эмитент получала от обвиняемого. Получение комиссионного вознаграждения является доходом организации-эмитента и одновременнорасходами (затратами) обвиняемого, осуществлявшего посреднические услуги.

Для того чтобы покрыть эти расходы и иметь прибыль от оказания услуги клиенту по проведению расходных или приходных транзакций, обвиняемый должен был устанавливать размер своего комиссионного вознаграждения выше комиссионного вознаграждения, которое он платил организации-эмитенту. Комиссионное вознаграждение, уплаченное клиентом обвиняемому, являлось затратами (расходами) клиента и одновременно, как отмечалось, оно являлось доходом обвиняемого.

В силу примечания к ст. 233 УК при исчислении дохода обвиняемого от проведения названных транзакций  доход равняется сумме комиссионного вознаграждения, уплаченного клиентом обвиняемому (выручка), без учета затрат на комиссионное вознаграждение, уплачиваемое обвиняемым организации-эмитенту, а также без учета иных возможных расходов, понесенных обвиняемым при проведении этих операций, например транспортные, рекламные и прочие расходы.

Как отмечалось, и титульные знаки, и денежные средства, явившиеся предметом обмена, принадлежали и оставались принадлежать клиенту. Они не переходили в собственность Б., что подчеркнул в приговоре суд, поправляя орган уголовного преследования. Значит, сумма денежных средств клиента, обращенных обвиняемым в титульные знаки, и наоборот, сумма титульных знаков, обращенных обвиняемым в денежные средства, не являлись его выручкой (доходом).

Обвиняемый производил с ними лишь приходные и расходные транзакции в интересах клиентов. За эту деятельность обвиняемый получал от них вознаграждение в сумме, равной 1–2% т сумм транзакций, которое и является его доходом (выручкой) в смысле примечания к ст. 233 УК.

 

На ошибках не учимся… А надо бы

 

Уголовное дело Б. не рассматривалось в кассационном и надзорном порядке. Ни адвокат, защищавший обвиняемого, ни вышестоящие прокурорские работники и судьи не увидели очевидных, на наш взгляд, ошибок, допущенных по этому уголовному делу.

Вместо оправдательного приговора за отсутствием в действиях обвиняемого состава преступления, предусмотренного ст. 233 УК, который, на наш взгляд, надлежало вынести суду, состоялся неправосудный обвинительный приговор, который вступил в законную силу и был исполнен. Таким образом, создан судебный прецедент.

Проанализированным решением по уголовному делу Б. суд Партизанского района г. Минска заложил алгоритм действий по формулированию обвинения в осуществлении незаконной предпринимательской деятельности по схожим уголовным делам. При этом алгоритм явно ущербный ввиду вышеуказанной ошибочности приговора и, что наиболее опасно, ориентирующий на незаконное привлечение лица к уголовной ответственности.

Чтобы не быть голословным,  приведем в пример другое, еще до конца не разрешенное уголовное дело, находящееся в производстве органа уголовного преследования.

По этому делу в качестве обвиняемого привлечен Н. Ему инкриминировано совершение незаконной предпринимательской деятельности без государственной регистрации,выразившейся в совершении на протяжении более 6 лет большого числа расходных и приходных транзакций с электронными деньгами клиентов.

В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого утверждается, что указанная деятельность осуществлялась Н. в нарушение Правил, хотя не упоминается, что для осуществления названной деятельности Н. следовало получить лицензию (маленькое, но к счастью, правильное отступление от приговора по уголовному делу Б.).

В качестве дохода от незаконной предпринимательской деятельности в этом постановлении значится общая сумма осуществленных им транзакций, но не размер комиссионного вознаграждения в процентах от сумм транзакций, полученного от клиентов. Как следствие, действия обвиняемого Н. квалифицированы в постановлении по ч. 2 ст. 233 УК по признаку получения дохода в особо крупном размере.

С учетом вышеизложенного имеются основания утверждать, что в постановлении не соответствуют нормам вышеназванных нормативных правовых актов:

- утверждение о том, что титульные знаки WMR (эквивалент российских рублей) и WMZ (эквивалент долларов США) являются электронными деньгами;

- утверждение о нарушении обвиняемым Н. при совершении транзакций Правил;

- утверждение о том, что доходом от незаконной предпринимательской деятельности является общая сумма осуществленных Н. расходных и приходных транзакций с титульными знаками и валютой клиентов.

Копия указанного постановления легла в надзорное производство прокурора и принята им к сведению. Меры, направленные на приведение его в соответствие с законом, не последовали. Этим самым прокурор выразил молчаливое согласие с явно незаконным процессуальным решением поднадзорного ему органа уголовного преследования, процессуальное руководство которого он обязан осуществлять в силу предписаний уголовно-процессуального закона.

 

Никто, в том числе суд, не застрахован от заблуждений и ошибок, в особенности в относительно новой и должным образом не урегулированной в законодательстве сфере финансово-экономической деятельности. Главное, вовремя отказаться от заблуждений и исправить ошибки, нейтрализовать их негативный эффект и создавать заслон для их повторения. Пострадавшим в результате судебных ошибок следует принести официальные извинения и выполнить иные процедуры, направленные на восстановление социальной справедливости. 

Для исправления создавшейся в стране ситуации в сфере совершения транзакций с титульными знаками представляется необходимым принять меры по урегулированию соответствующих отношений со стороны Нацбанка.

Генеральной прокуратуре, Верховному Суду и судам среднего звена системы общих судов надлежало бы изучить практику деятельности органов уголовного преследования и нижестоящих судов по привлечению к уголовной ответственности за деятельность по осуществлению транзакций с титульными знаками в интересах третьих лиц, и совместными, скоординированными усилиями вернуть ее в состояние, отвечающее принципам законности и справедливости.

 

Алексей ЛУКАШОВ, старший юрист ООО «Юридическая группа «ВЕРДИКТ БАЙ» (с сентября 2012 года «Raidla Lejins & Norcous«)

4390