Заказать консультацию



Спасибо, мы скоро с вами свяжемся.

Если вам нужна помощь юриста или адвоката, звоните или пишите:

+375 44 77-361-33, info@jurcatalog.by

Меню

ВЛАДИМИР ПУГАЧ: У юристов атрофируется чувство справедливости

«Юристы же, как врачи. Если я врач-стоматолог, это не значит, что могу вылечить печень. То же самое и с юристами. Иногда пытаются какие-то вопросы задавать по семейному или по жилищному праву. Я говорю, что в этом ничего не понимаю. Касательно интеллектуальной собственности что-то могу подсказать».

Не все юристы работают по специальности. Вот и солист группы J:Морс Владимир Пугач, окончив ЕГУ по специальности «Международное право» и попрактиковав около 10 лет (с 1995, когда учился на третьем курсе, по 2006), нашел свое призвание в музыке. «Юркаталог» предложил вспомнить, о юридическом прошлом и накануне большого романтического концерта, который пройдет 14 февраля в Prime Hall, рассказать, как юриспруденция сейчас присутствует в жизни музыканта

Владимир Пугач

Владимир Пугач, фото blog.maesens.by

Почему Вы в свое время выбрали юриспруденцию?

– У меня много в роду хороших врачей. Все думали, что и я буду врачом. В старшей школе учил биологию, химию, на олимпиады ездил. Потом выяснилось, что у меня больше склонность не к естественным, а к гуманитарным наукам. Стали сканировать рынок образования и решили, что юриспруденция – оптимальный вариант. Не было ничего такого, чтобы я проснулся утром и понял: буду юристом.

Почему пошли в ЕГУ?

– Там, в отличие от других вузов, которые на тот момент предлагали такие услуги, в том числе и БГУ, палитра гуманитарных наук была гораздо шире. Два иностранных языка, различные исторические, философские дисциплины и прочее. Мы даже проходили историю богословия.

Ничего себе. Зачем юристам история богословия?

– Знаете, как говорил Шерлок Холмс: «Допустим, Земля крутится вокруг Солнца. Но мне в моей профессии это не пригодится». Вот я так к жизни не отношусь.

Говорят, что юридическое образование и юридическая профессия меняет мышление. Что думаете по этому поводу?

– Во-первых, любое высшее образование независимо от профиля конструирует мировоззрение человека, расширяет его. Если это серьезное высшее образование. И это главное, что делает, на мой взгляд, высшее образование. Когда-то где-то читал, что по статистике выпускник вуза в среднем применяет в своей жизни 5-6 % знаний, полученных в вузе. Поэтому основное, с чем ты выходишь, – это выстроенное мировоззрение и некий набор представлений о мире, которые высшее образование напрямую или косвенное в тебя вкладывает.

Во-вторых, любая профессия приносит профдеформацию. О себе говорить не могу, поскольку я давненько юриспруденцией не занимался серьезно. Но по моим наблюдениям, чаще всего знаете, какая профдеформация у юристов? Атрофируется чувство справедливости.

Это же не логично справедливость и юрист…

– Это очень логично. Атрофируется чувство справедливости: справедливо то, на чьей я стороне.

Есть внутреннее чувство справедливости, когда ты смотришь на проблему, конфликт и понимаешь, кто прав, а кто нет. Если ты так будешь смотреть на это, ты плохой юрист. Ты должен принять ту сторону, которую защищаешь, и считать ее справедливой. Твое внутреннее, природное чувство справедливости здесь может только помешать. В итоге оно у них атрофируется, по моим наблюдениям.

Владимир Пугач, фото holiday.by

Владимир Пугач, фото holiday.by

У Вас еще был период преподавания.

– Да, этот период периодически то возникает, то пропадает. Я авторским правом одно время занимался. Иногда что-то рассказываю студентам.

Что сейчас преподаете?

– В прошлом году ездил в ЕГУ, читал обзорные лекции по авторскому праву.

Расскажите про период преподавания. Вы же тогда в аспирантуре учились и преподавали.

– Там у меня много всего было. Закончил, учился. В Германии писал что-то вроде подготовительной работы к диссертации на тему «Средства правовой защиты в договорах международной купли-продажи товаров». У меня так диплом назывался, потом хотел диссертацию писать. Но как-то посреди процесса это все надоело – я бросил.

Еще, когда у ЕГУ офис был в Минске, преподавал немного «Основы конституционного права Германии». Как раз тогда из Германии вернулся, и у них не приехал лектор какой-то. Они попросили меня прочесть курс, потому что я тогда еще не забыл немецкий, а надо было на немецком читать. Вот такая у меня была академическая активность.

Все, после этого я занимался только авторским правом.

А как развивалась Ваша юридическая карьера?

– Учеба в университете. Параллельно все студенты тогда устраивались в разные фирмы. Я устроился со своим другом Артемом Ледовским в фирму его родителей, что очень удобно, конечно.

Тогда все в основном обслуживали различные торговые сделки – буйным цветом расцветал частный бизнес. Все это надо было впихивать в рамки, мало-мальски похожие на законные. . Чем мы и занимались.

Потом же Вы создали свою фирму?

– Какой-то период у меня была своя фирма. Называлась «Правовое обеспечение бизнеса». Я в составе этой фирмы просуществовал до 2006 года. Потом избавился от этого всего и стал заниматься только музыкой.

Вы занимались авторским правом. Расскажите, как изменилось авторское право в Беларуси за эти 15 лет.

– Проводя время от времени какой-то сравнительный анализ, не могу сказать, что белорусское законодательство, регулирующее охрану авторских прав, плохое. Оно находится в рамках существующих европейских стандартов. Про американские точно не буду говорить. Но европейских да. Все то же самое.

Проблема чаще всего у нас в правоприменительной практике. А это уже с законодателем не связано.

 

Как человек творческий и пишущий расскажите, насколько часто нарушаются авторские права.

– А насколько часто у нас на красный свет ходят?

Часто.

– То же самое, конечно. Но у нас есть органы специальные, которые занимаются коллективным управлением авторскими правами при Национальном центре интеллектуальной собственности. Они этим занимаются неплохо. Гораздо лучше, чем аналогичные структуры, которые были, когда я только начинал.

Вы как считаете, музыка должна быть в свободном доступе или она должна быть платной?

– Тот, кто ее придумал, должен сам для себя решать. Лично я чаще всего в последнее время выкладываю в свободный доступ.

Продажа музыки на механических носителях – я имею ввиду компакт-диски и прочее – это уже не бизнес сегодня. Издание компакт-диска – это сейчас, скорее, сувенирный продукт, чем бизнес. Поэтому используем площадки в интернете по продаже музыки – я могу либо через iTunes продавать музыку, либо выложить на сайте бесплатно.

Говорят, что юрист это навсегда. Согласны?

– Я еще не проверил. Всегда не прошло. (Смеется)

Вы оказывали услуги. Сейчас еще обращаются?

Юристы же, как врачи. Если я врач-стоматолог, это не значит, что могу вылечить печень. То же самое и с юристами. Иногда пытаются какие-то вопросы задавать по семейному или по жилищному праву. Я говорю, что в этом ничего не понимаю. Касательно интеллектуальной собственности что-то могу подсказать.

Во время выступления на борту самолета на высоте 10 тыс. метров, фото sb.by

Во время выступления на борту самолета на высоте 10 тыс. метров, фото sb.by

Часто обращаются?

– Не очень часто, но бывает.

Если бы вы остались работать в юридической сфере, в какой области работали бы?

– Наверное, занимался бы интеллектуальной собственностью.

Где в Беларуси или за рубежом?

– Так вопрос вообще не стоит. Я предпочитаю жить в стране, где родился. Где родился – там и пригодился. Скептически отношусь к счастливой старости в стране, где ты себя чувствуешь чужим.

Чем проще, на Ваш взгляд, заработать в Беларуси юридическим бизнесом или шоу-бизнесом?

– В Беларуси, наверное, юридическим бизнесом. Если голова на плечах есть. Профессия юриста сегодня востребована не в чистом виде.

Скорее, тот уровень подготовки и тот набор навыков, которые вкладываются в юриста, позволяют человеку быть более конкурентоспособным, если он начинает заниматься бизнесом или еще чем-то. Например, многие мои однокурсники стали успешными бизнесменами, имея юридическое образование. Хотя напрямую юриспруденцией не занимаются.

А чем интереснее заниматься юридической практикой или шоу-бизнесом?

– Я шоу-бизнесом как таковым и не занимаюсь. Я музыкой занимаюсь. Шоу-бизнес сам мною занимается. (Улыбается)

Еще по творчеству Вас поспрашиваю. У Вас в 2010 году вышел альбом, в 2011 году группа гастролировала, а в 2012-2013 был период спокойствия…

– Я Вас поправлю. У нас в 2010 вышел альбом, потом мы целый год были в туре. А потом я объявил так называемые студийные каникулы для группы. Это значит, что мы новой музыки не записывали, но и без дела не сидели. Мы все это время гастролировали. Просто нового ничего не делали.

Сейчас  активно записываем новую пластинку, которая должна выйти в 2015 году. Уже выпустили из нее две песни с клипами. В октябре – «Асфальт», а пару недель назад – «Не край».

 

У Вас еще был сольный проект «Нафта».

– Да, я его не доделал, к сожалению, еще. Вышел мини-альбом из пяти песен. У ребят-музыкантов, с которыми я этот проект делал, сейчас плотные графики. Как только они у нас совпадут, мы доделаем обязательно.

Чем занимаетесь между концертами? Как отдыхаете?

– Вообще, предпочитаю отдыхать тихо и спокойно, там, где нет шума, суеты и всего прочего. Люблю в теплое время года за город выезжать. Люблю на велосипеде покататься вокруг Минского моря. Люблю, чтобы поменьше народа было вокруг. Никаких боулингов, дискотек и подобного.

Фото с юбилейного концерта, budma.org

Фото с юбилейного концерта, ноябрь 2014, фото budzma.org

Главный редактор заметил, что на последнем концерте изменился состав музыкантов.

– Да, так бывает. У нас новый гитарист Сергей Щурко и бас-гитарист Валера Дасюкевич. Ударно влились в коллектив. Их можно увидеть в новом клипе «Не край», который мы сняли на концерте к 15-летию группы.

А как поддерживаете творческую атмосферу в коллективе?

– Искусственно невозможно поддерживать. Она или есть, или нет. Чтобы она была, надо, чтобы всем было интересно заниматься тем, чем мы занимаемся. Для этого надо все время генерировать какие-то новые идеи, что-то делать. Чем сейчас и занимаемся. (Улыбается)

Как Вы настраиваетесь на концерты?

– Я не воспринимаю концерт как боксерский матч, чтобы на него прямо надо было как-то настраиваться. Для меня концерт – это серьезный энергообмен со слушателями.

Это правда, когда артисты говорят, что из зала, если хороший концерт, очень много энергии идет. Она действительно идет. Надо просто быть готовым ее поймать и отправить назад в зал. Такой волейбол получается. Ну и просто надо быть готовым – выходить к залу открытым. Зритель это очень хорошо чувствует.

Расскажите про Ваше сотрудничество с ЮНИСЕФ?

– Мы с ЮНИСЕФ сотрудничаем уже 12 лет. Делали с ними разные проекты. Пару лет назад фильм сняли про детей, которые находятся в конфликте с законом – в Могилев ездили в специальную закрытую школу. В итоге они решили придать этому всему некий официальный статус.

pugach_posol

Во время вступления в должность посла доброй воли Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ), фото БелаПАН

Какие планы сейчас. Вы подписали договор…

– Да, я официально стал послом Доброй воли Детского фонда ООН – мы подписали с ЮНИСЕФ контракт о сотрудничестве. С тех пор уже пару раз довелось участвовать в проходивших в Минске международных конференциях. Сделали видеородик в поддержку мировой акции «Imagine». Сейчас обсуждаем новые проекты.

Что теперь будет входить в Ваши обязанности?

– Основная обязанность человека в том статусе, которым наделил меня ЮНИСЕФ – привлечение внимания общества к проблемам, связанным с правами и интересами детей. Потому что сложнее всего решить ту социальную проблему, которую общество не воспринимает как проблему в принципе. Потому что она не на виду, она не модная, она не актуальная. Сложно и решать такие проблемы – нет общественной поддержки. Моя функция – рассказывать о таких проблемах публично.

ЮНИСЕФ поэтому и выбирает людей публичных, у которых есть своя сформированная аудитория. Чтобы через эту аудиторию попытаться достучаться до общества, рассказать им об этих проблемах.

В Беларуси же поддерживаются такие темы…

– Да, я далек от мысли, что у нас катастрофическое положение с детьми. У нас нет эпидемий, у нас никто не голодает. У нас достаточно приличные медицина и образование. По сравнению с тем, как живут дети в той же Африке, все у нас в порядке, безусловно. И это хорошо.

Но с другой стороны, о тех проблемах, которые действительно существуют, а они существуют, ввиду не такой яркости и хлесткости, как в той же Африке, никто не знает и не говорит.

Опять же, если возвращаться к тем деткам, которые попадают в исправительные учреждения закрытого типа. Они туда попадают, в основном, потому что до этого находятся в достаточно криминогенной среде. У них родители алкоголики и прочее. Они попадают в это исправительное учреждение, с ними там работают. Когда мы туда ездили снимать фильм, я думал, что это маленькая тюрьма. Ничего подобного. Достаточно приличное заведение с очень хорошими педагогами – им там памятники надо ставить, так они работают. Сложные детки. У педагогов терпение ангельское и, по-моему, некая даже одержимость профессией, в хорошем смысле. Не думаю, что им там много платят, а они выкладываются по полной. Они действительно этих детей любят. Эти дети за два года привыкают к теплу, к доброте, к тому, что с ними по-человечески обращаются.

Когда они оттуда выходят, попадают в ту же самую криминогенную среду, из которой их забрали. Плюс, попадая в школу, на них сразу ярлык наклеивают. Никто же особо не разбирается, что он был в исправительной школе, а не в колонии – соответствующее отношение не только со стороны одноклассников, но часто еще и учителей. В итоге они опять возвращаются к тому образу жизни, который привел к преступлению.

В чем проблематика? Родители, как правило, не несут никакой ответственности за это все. Пока детки находятся в исправительных учреждениях, с родителями никто не работает – придет раз в полгода участковый и проверит просто, живы ли они там. И все.

Владимир Пугач  принял участие в конференции «Укрепление технического сотрудничества Беларуси и ООН в сфере развития: подведение итогов, новые перспективы и возможности», фото с официальной странице vk.com

Во время конференции «Укрепление технического сотрудничества Беларуси и ООН в сфере развития: подведение итогов, новые перспективы и возможности», фото с официальной странице vk.com

Но взрослого человека практически невозможно изменить.

– Они должны чувствовать ответственность за это все. Как это сделать? Законодательно, наверное.

Как законодательно?

– Жестче сделать законодательство. То есть если ребенок воспитывается в ненадлежащих условиях, надо чтобы родители чувствовали за это ответственность. Потому что им просто наплевать часто.

Вот мальчик мне рассказывал. Они живут в частном доме. И зимой он иногда спит в будке с собакой в обнимку. Потому что там теплее. Мама с папой напиваются и забывают дом протопить.

Это 21 век. Это в Беларуси. Пока такую историю не услышишь, не поверишь. А это есть. И вот, чтобы достучаться до таких родителей, надо как-то менять их жизнь, выпихивать их из зоны комфорта настолько, чтобы они понимали, что так нельзя.

Думаете, это возможно?

– Конечно, возможно. Сила государственного принуждения – великая штука. Именно поэтому на красный свет, как правило, люди не ездят за редким исключением.

Где таких семей больше в больших городах или в деревнях?

– В крупных городах меньше. Вот в той же школе из Минска было 2-3% детей.

Большинство как  раз из небольших городов, небольших поселков, где сложнее найти работу, где беднее живут люди.

А как Вы свою дочь воспитываете?

– Уже поздно ее воспитывать. Ей 20 лет. Она меня воспитывает. У нее есть свое мнение по ряду вопросов, и я прислушиваюсь к нему.

Умная девочка. Очень разносторонне развитый человек, чему я безмерно рад. С ней интересно беседовать. Она живет в Вильнюсе, учится в ЕГУ.

Вы направили?

– Не без этого, конечно. (Улыбается)

На кого учится?

– Забыл, как называется ее факультет… Там арт-менеджмент и всякое такое. То есть связь искусства, культуры и медиа. Они там все очень умные. Назвали факультет как-то так, что я забыл. (Смеется)

Какие планы, кроме записи альбома, у J:Морс на 2015 год?

– Запись альбома – это не самоцель. Цель – сделать новую концертную программу и показать ее.

Видела, что уже дата концерта назначена 14 февраля.

– Да, это будет специальная романтическая программа. В ней будет несколько песен из будущего альбома плюс интересная выборка старых. Ну, а через какое-то время планируем отдельно презентацию нового альбома и новой программы.

Владимир Пугач, фото с официальной страницы vk.com

Владимир Пугач, фото с официальной страницы vk.com

Еще какие-то планы у Вас лично?

– Самосовершенствование во всех смыслах. (Улыбается)

Как самосовершенствуетесь?

– Просто пытаюсь становиться добрее. (Улыбается)

Много, кстати, читаете?

– Последнее время нет, к сожалению. Это меня крайне удручает.

Что вообще любите читать?

– Я меньше последнее время читаю художественной литературы. Люблю больше всякую публицистику читать. Либо популяризация науки, либо по геополитике люблю всякие штуки.

 

Беседовала Анастасия КУЗЬМИНА, «Юркаталог»

5858
Если материал был вам полезен, помогите Юркаталогу рублем!
Есть вопрос по этой теме? Заполните заявку - и мы с вами свяжемся!
Заказать звонок
В формате +375 12 345 67 89
Спасибо!
Ваша заявка успешно отправлена!
Мы свяжемся с Вами в ближайшее время.