Заказать консультацию



Спасибо, мы скоро с вами свяжемся.

Если вам нужна помощь юриста или адвоката, звоните или пишите:

+375 44 77-361-33, info@jurcatalog.by

Меню

Защищаться от недобросовестной конкуренции долго, но реально

В России в 1990-х годах была такая ситуация.

Один ушлый бизнесмен зарегистрировал словосочетание «Детский мир» в качестве товарного знака. Затем он разослал письма всем российским магазинам под названием «Детский мир» (а таких набралась не одна тысяча) с требованием заключить с ним лицензионный договор на право использования этого товарного знака за определенное вознаграждение.

Владельцы магазинов быстро объединились и через суд отменили регистрацию товарного знака «Детский мир», доказав, что это обозначение уже давно является общеизвестным.

В Беларуси таких громких ситуаций с товарными знаками пока не было, однако из более мелких ситуаций можно вывести зарождающуюся тенденцию. Опишем эту тенденцию на примере ситуации, с которой столкнулся один из наших клиентов – назовем его условно ОДО «А».

ОДО «А» с марта 2007 года занималось импортом в Республику Беларусь и поставками на ее территории измерительного инструмента и оборудования одного производителя из Китайской народной республики (назовем его условно – завод «Ш»). Основу предлагаемого ОДО «А» ассортимента составляли штангенциркули, штангенглубиномеры, штангенрейсмассы, штангензубомеры, микрометры, глубиномеры микрометрические, нутромеры микрометрические, уровни, угломеры исполнения и проч.

Товар завода «Ш» был обозначен графическим товарным знаком, который производитель зарегистрировал еще в 1979 году, но только в КНР.

Покупатели этого товара в Беларуси знали товарный знак и наименование этого производителя, узнавали его и стремились приобретать именно его товар. Кроме узнаваемости товарного знака причинами лояльности покупателей явились также проверенное качество товара и взвешенная ценовая политика как производителя, так и его дилеров (товары этого китайского производителя в Беларуси у ОДО «А», например, стоили дешевле российских аналогов при более высоком качестве китайского товара).

Конкурент ОДО «А» — ОДО «З» — также занималось импортом и поставками товаров завода «Ш» в Беларусь, называя себя даже генеральным дилером этого производителя на территории Республики Беларусь.

В конце декабря 2008 года учредитель и директор ОДО «З» гражданин Б. зарегистрировал на свое имя графический товарный знак завода «Ш», которым был обозначен товар, поставляемый в Беларусь ОДО «А» и ОДО «З».

Гражданин Б. зарегистрировал товарный знак на товары 9-го класса Международной классификации товаров, работ, услуг (далее — МКТУ), а именно на: приборы и инструменты научные, морские, геодезические, фотографические, кинематографические, оптические, для взвешивания, измерения, сигнализации, контроля (проверки), спасания и обучения; инструменты нивелирования; инструменты топографические; инструменты угломерные; линейки измерительные; циркули.

В апреле 2009 года гражданин Б. разослал организациям, которые торговали в Беларуси товаром производства завода «Ш», письмо с требованием незамедлительно прекратить импорт и поставки этого товара, поскольку эти товары обозначены товарным знаком, права на который принадлежат гражданину Б., и без разрешения Б. продажа этих товаров является нарушением его прав на товарный знак.

Получило такое письмо и ОДО «А». Его руководство решило действовать в рамках закона и приостановило поставки товаров завода «Ш», обозначенных товарным знаком, зарегистрированным в Беларуси на гражданина Б. На складах ОДО «А» замороженным оказался товар на сумму около 300 000 000 белорусских рублей.

Поскольку иных импортеров и крупных продавцов товаров производства завода «Ш», кроме ОДО «А» и ОДО «З», в Беларуси не было, ОДО «З» получило значительное конкурентное преимущество. Теперь, когда после письма гражданина Б. работа ОДО «А» оказалась парализованной, ОДО «З» стало по сути единственным импортером и крупным продавцом товаров завода «Ш» в Республике Беларусь. Понятно, что гражданин Б. не стал запрещать своему предприятию ввозить и продавать в Беларуси эти товары.

ОДО «А» стало искать пути защиты своих прав.

Первым путем стала подача в Апелляционный совет при Национальном центре интеллектуальной собственности Республики Беларусь (НЦИС) возражений против регистрации гражданином Б. на свое имя товарного знака завода «Ш» на территории Республики Беларусь. Это было сделано в мае 2009 г. Однако в конце августа 2009 г. Апелляционный совет отказал в удовлетворении возражения ОДО «А».

Вторым путем защиты была избрана подача заявления в Департамент ценовой политики Министерства экономики Республики Беларусь (далее – Департамент) о нарушении антимонопольного законодательства в части осуществления недобросовестной конкуренции. Заявление было подготовлено и подано в Департамент в середине сентября 2009 г.

Позиция ОДО «А»

Правовая позиция ОДО «А», изложенная в заявлении в Департамент, сводилась к следующим основным моментам.

1. Квалификация действий ОДО «З» и гражданина Б. с точки зрения Статьи 1 Закона «О противодействии монополистической деятельности и развитии конкуренции»

 

Статья 1 Закона Республики Беларусь «О противодействии монополистической деятельности и развитии конкуренции» (далее – Закон) предусматривает, что:

- конкуренция – это состязательность хозяйствующих субъектов, при которой их самостоятельные действия эффективно ограничивают возможность каждого из них односторонне воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке;

- недобросовестная конкуренция – это любые направленные на приобретение преимуществ в предпринимательской деятельности действия хозяйствующих субъектов, которые противоречат настоящему Закону, требованиям добросовестности и разумности и могут причинить или причинили убытки другим хозяйствующим субъектам — конкурентам либо нанести ущерб их деловой репутации;

Действия ОДО «З» и его директора и учредителя Б. по регистрации в Республике Беларусь товарного знака и последующему запрету ОДО «А» реализовывать продукцию, обозначенную этим товарным знаком, являются недобросовестной конкуренцией в том ее определении, которое дано в статье 1 Закона.

А) Эти действия направлены на приобретение ОДО «З» преимуществ в предпринимательской деятельности.

С апреля 2009 года, следуя запрету гражданина Б., ОДО «А» прекратило торговлю товарами производства завод «Ш», обозначенными зарегистрированным на гражданина Б. товарным знаком. Иные поставщики аналогичных товаров после получения запрета гражданина Б. также прекратили торговлю этими товарами в Республике Беларусь.

Поэтому сложилась ситуация, когда товары производства завода «Ш», обозначенные зарегистрированным на гражданина Б. товарным знаком, в Республике Беларусь реализует только ОДО «З».

Б) Эти действия противоречат Закону, требованиям добросовестности и разумности.

Противоречие Закону проявляется в том, что эти действия не вписываются в понятие конкуренции, данное в статье 1 Закона. Эти действия не позволяют ограничивать возможность каждого из конкурентов односторонне воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Более того, эти действия заключаются именно в одностороннем воздействии ОДО «З» на обращение в Республике Беларусь товаров производства завода «Ш», обозначенных зарегистрированным на гражданина Б. товарным знаком.

Противоречие требованиям добросовестности и разумности проявляется в том, что гражданин Б. зарегистрировал на себя товарный знак не для тех целей, которые предусмотрены законодательством для регистрации товарных знаков, а для того лишь, чтобы запрещать конкурентам ОДО «З» продавать в Беларуси товары производства завода «Ш».

Статья 1 Закона Республики Беларусь «О товарных знаках и знаках обслуживания» предусматривает, что товарный знак — это обозначение, способствующее отличию товаров одних юридических или физических лиц от однородных товаров других юридических или физических лиц.

Соответственно, товарный знак обычно регистрирует на себя производитель товара.

Именно производитель наносит товарный знак на товар с той целью, чтобы товарный знак подтверждал производство данного товара конкретно этим производителем и отличал этот товар от товаров иных производителей.

В то же время гражданин Б. зарегистрировал на себя товарный знак завода «Ш» не для того, чтобы наносить его на какой-либо товар (гражданин Б. никакие товары не производит – это он заявил сам в своем отзыве по мотивам возражений ОДО «А» против регистрации товарного знака).

Гражданин Б. зарегистрировал на себя данный товарный знак для того, чтобы запрещать конкурентам ОДО «З» продавать в Беларуси товары производства завода «Ш».

В) Эти действия причинили убытки другим хозяйствующим субъектам – конкурентам (в частности, ОДО «А») и наносят ущерб их деловой репутации.

По расчетам ОДО «А» его убытки (в виде неполученной прибыли) от действий ОДО «З» и гражданина Б. составили, как минимум, 41,5 миллиона белорусских рублей. Кроме того, ОДО «А» с апреля 2009г прекратило реализацию таких товаров на сумму около 300 000 000 рублей, что привело к «замораживанию» этих средств и экономически необоснованному скоплению складских остатков.

Кроме того, запрет продавать в Беларуси товары производства завода «Ш», обозначенные зарегистрированным на гражданина Б. товарным знаком, наносит постоянный ущерб деловой репутации ОДО «А» в глазах его поставщиков и покупателей.

Из-за запрета гражданина Б. в 2009 году ОДО «А» не выполнило свои обязательства перед поставщиками по объему закупок. И на момент подачи заявления в Департамент (осень 2009 г.) ОДО «А» не могло прогнозировать и обозначить своим поставщикам объем закупок у них на 2010 год.

Также ОДО «А» не могло отгружать товар своим действующим и потенциальным покупателям, несмотря на их постоянные обращения. Тем самым ОДО «А» теряло свою репутацию перед покупателями.

Более того, нуждаясь в товаре, который ОДО «А» не могло продать, покупатели уходили к конкурентам ОДО «А» (по товарам производства завода «Ш» вполне логично предположить, что покупатели уходили к ОДО «З», как к единственному продавцу товаров завода «Ш» в Беларуси, который не прекратил их реализацию из-за запрета гражданина Б.).

2. Квалификация действий ОДО «З» и гражданина Б. с точки зрения статьи 14-2 Закона

Статья 14-1 Закона предусматривает, что любые действия, направленные на ограничение или устранение конкуренции путем нарушения прав других хозяйствующих субъектов на свободную конкуренцию, не допускаются.

При этом статья 14-2 Закона предусматривает лишь примерный перечень действий, составляющих недобросовестную конкуренцию.

Пункт 4 статьи 14-2 Закона предусматривает, что запрещаются и признаются в установленном порядке неправомерными действия, противоречащие требованиям настоящего Закона и иных актов законодательства о конкуренции, при осуществлении предпринимательской деятельности, в том числе действия хозяйствующего субъекта непосредственно или через других лиц, направленные на препятствование формированию деловых связей конкурента, на их нарушение или расторжение, в том числе в целях вступления в деловые отношения с его деловым партнером.

Действия гражданина Б. по регистрации в Республике Беларусь товарного знака завода «Ш» и последующему запрету всем поставщикам, кроме ОДО «З», реализовывать продукцию, обозначенную этим товарным знаком, подпадает также под указанное выше проявление недобросовестной конкуренции из пункта 4 статьи 14-2 Закона.

ОДО «З» в данном случае действовало не самостоятельно, а через другое лицо – своего учредителя и директора гражданина Б.

Указанные действия ОДО «З» через гражданина Б. противоречат требованиям Закона, поскольку выходят за рамки понятия конкуренции, данного в статье 1 Закона и являются недобросовестной конкуренцией, исходя из понятия, данного в той же статье 1 Закона.

Указанные действия ОДО «З» через гражданина Б. были направлены в том числе и на нарушение и расторжение деловых связей ОДО «А».

За то время, что ОДО «А» занимается импортом в Беларусь и оптовой торговлей средствами измерений, произведенными заводом «Ш», у него сложились устойчивые деловые связи как с поставщиками этих товаров, так и с постоянными покупателями этих товаров внутри республики.

Устойчивые деловые связи с поставщиками позволяли ОДО «А» достигать с ними соглашений по выгодным условиям поставок товаров в его адрес (цены, объемы закупок, условия расчетов и т.д.).

Многолетняя работа на белорусском рынке создала позитивный имидж ОДО «А» в глазах покупателей, как действующих, так и потенциальных. Многие новые покупатели приходили к ОДО «А» по рекомендациям уже действующих покупателей.

Поскольку с апреля 2009 г. ОДО «А», следуя требованию гражданина Б., прекратило торговлю средствами изменений завод «Ш», оно не делало новых закупок у своих поставщиков. Это привело к нарушению имеющихся с поставщиками договоренностей по объемам закупок в течение 2009 года и невозможности определить объемы закупок на 2010 год.

В адрес ОДО «А» на момент подачи заявления в Департамент и его рассмотрения поступали неоднократные письма от его поставщиков, в которых они выражали обеспокоенность сложившейся ситуацией и говорили о возможном разрыве договорных отношений с ОДО «А».

Кроме того, ОДО «А» постоянно получало письма от потенциальных покупателей, которые хотели закупать продукцию завода «Ш» именно у ОДО «А» (по рекомендациям; в силу того, что цены ОДО «А» на эту продукцию были ниже, чем у конкурентов и т.д.).

Однако из-за запрета гражданина Б. ОДО «А» не могло вступить в договорные отношения с потенциальными покупателями и продать им интересующий их товар. Тем самым ОДО «А» теряло и теряет действующих и потенциальных клиентов, а также наработанную деловую репутацию.

В то же время ОДО «З» продолжает активно заниматься поставками продукции завода «Ш» на территории Республики Беларусь.

На сайте ОДО «З» представлен каталог реализуемой предприятием продукции с описанием характеристик и изображением измерительных приборов. При этом большинство из них произведены заводом «Ш», о чем свидетельствует нанесенный на них товарный знак  завода «Ш».

ОДО «З» распространяет каталоги предлагаемой к реализации продукции.

ОДО «З» отгружает товар покупателям.

В то же время, по информации, полученной ОДО «А» из Национального центра интеллектуальной собственности Республики Беларусь, по состоянию на 4 августа 2009 г. гражданин Б. не заключал ни с кем (в том числе и с ОДО «З») лицензионных договоров в отношении зарегистрированного им товарного знака. То есть ОДО «З», продавая товары завода «Ш», обозначенные товарным знаком гражданина Б., точно также не имело на это прав, как и все остальные поставщики этого товара, чем нарушало права гражданина Б. на товарный знак.

При этом никаких претензий по этому поводу гражданин Б. в адрес ОДО «З» не высказывал. Это говорит об избирательном подходе гражданина Б. в отношении защиты своих прав как владельца товарного знака и свидетельствует об отсутствии у него при инициировании процедуры регистрации товарного знака намерения использовать свои права как владельца товарного знака в ущерб интересам его собственной компании – ОДО «З».

Запрещая ОДО «А» использовать товарный знак, гражданин Б. фактически лишил ОДО «А» возможности реализовывать на территории Республики Беларусь продукцию производства завода «Ш», создавая при этом преимущества в реализации подобной продукции для возглавляемого им юридического лица и конкурента ОДО «А» – ОДО «З».

Таким образом, гражданин Б. использует исключительные права на товарный знак в целях создания препятствий ОДО «А», конкурирующего с ОДО «З», для распространения на рынке средств измерений продукции завода «Ш».

При этом цены ОДО «З» на реализуемую им продукцию завода «Ш» были выше цен ОДО «А» на аналогичную продукцию производства завода «Ш». Поэтому на момент обращения ОДО «А» с заявлением в Департамент сложилась ситуация, когда преимущества для ОДО «З» в реализации продукции были связаны не только с ограничением доступа на рынок средств измерений конкурента (ОДО «А»), но также с возможностью реализации такой продукции по более высоким ценам.

О намерении гражданина Б. злоупотребить своими правами владельца товарного знака свидетельствовало также то, что он зарегистрировал товарный знак на территории Республики Беларусь в отношении узкой и специфичной группы товаров, включающей именно те приборы и инструменты, реализацией которых на территории Республики Беларусь занимается  возглавляемая им компания – ОДО «З».

На основании изложенных аргументов ОДО «А» просило Департамент:

1. Признать действия гражданина Б., связанные с регистрацией товарного знака и последующим запретом его использования ОДО «А», актом недобросовестной конкуренции со стороны гражданина Б. и ОДО «З».

2. Вынести предписание о прекращении противоправной деятельности нарушителями.

Позиция ОДО «З» и гражданина Б.

В ходе рассмотрения заявления ОДО «А» в Департаменте гражданин Б. озвучил такую позицию по сложившейся ситуации.

С заводом «Ш» ОДО «З» сотрудничает с 2005 г. В начале 2006 г. в Республику Беларусь были поставлены первые средства измерений, произведенные заводом «Ш», и лично гражданин Б. курировал процедуру внесения их в Государственный реестр средств измерений Республики Беларусь.

В марте 2007 г. гражданину Б. стало известно, что ОДО «А» поставило на территорию Республики Беларусь средства измерений якобы производства завода «Ш». Гражданин Б. отправил запрос на завод, откуда получил ответ, что завод в адрес ОДО «А» товар не отгружал.

Гражданин Б. через «дружественную» фирму купил у ОДО «А» измерительный инструмент якобы производства завода «Ш». Проведя визуальный осмотр приобретенного у ОДО «А» инструмента, гражданин Б. пришел к выводу, что марка завода «Ш» на них фальсифицирована, инструмент этот более низкого качества – и это все компрометирует репутацию завода-изготовителя и влечет убытки белорусских предприятий-покупателей из-за малого срока эксплуатации средств измерений.

С целью не допустить дальнейшего нарушения прав и интересов завода «Ш» гражданин Б. провел с ним переговоры и получил разрешение зарегистрировать на себя на территории Республики Беларусь товарный знак завода «Ш» «в целях пресечения незаконного использования товарного знака на территории Республики Беларусь».

Получив такое разрешение от завода, гражданин Б. в январе 2008 г. подал заявку на регистрацию товарного знака. Регистрация была проведена по ускоренной процедуре и в конце декабря 2008 г. товарный знак был зарегистрирован на гражданина Б.

Гражданин Б. считал, что его действия по отношению к ОДО «А» никоим образом не нарушают Закон Республики Беларусь «О противодействии монополистической деятельности и развитии конкуренции», так как аналогичную продукцию производят множество предприятий как на территории СНГ, так и дальнего зарубежья, а действия гражданина Б. направлены только на защиту интересов завода «Ш» с его согласия и поручения.

Позиция Департамента

При рассмотрении обращения ОДО «А» с учетом изложенной в нем позиции, позиции ОДО «З» и гражданина Б., а также дополнительно полученных Департаментом самостоятельно документов и информации, Департамент установил следующие принципиальные моменты (нумерация введена нами для удобства восприятия – прим. авт.).

1. ОДО «А» подтвердило Департаменту происхождение (производство) заводом «Ш» средств измерений, которые оно реализует в Республике Беларусь.

2. ОДО «А» представило доказательства, опровергающие заявления гражданина Б. о реализации фальсифицированных средств измерений с указанием товарного знака завода «Ш». Доказательств того, что ОДО «А» компрометирует репутацию завода «Ш», реализуя на территории Республики Беларусь фальсифицированные средства с товарным знаком завода «Ш» гражданин Б. в Департамент не представил.

3. ОДО «А» и ОДО «З» являются конкурентами на рынке реализации средств измерений. Товарными границами является реализация средств измерений. Географическими границами рынка является Республика Беларусь.

4. До появления у ОДО «З» конкурента в лице ОДО «А» (которое осуществляло реализацию средств измерений производства завода «Ш», причем по более низким ценам) ни ОДО «З», ни гражданин Б. не предпринимали действий по регистрации товарного знака завода «Ш» в Республике Беларусь. Регистрация гражданином Б. товарного знака завода «Ш» для товаров 9 класса МКТУ произведена по ускоренной процедуре.

5. Утверждение гражданина Б. о том, что целью регистрации товарного знака было пресечение реализации на территории Республики Беларусь ОДО «А» фальсифицированных средств измерений, произведенных заводом «Ш», не подтверждено. После регистрации товарного знака гражданин Б. в первую очередь использовал свое право на запрет реализации продукции с этим товарным знаком в отношении своего конкурента – ОДО «А». Такие действия гражданина Б. свидетельствуют о направленности на приобретение преимуществ в предпринимательской деятельности.

6. Подтверждением наличия нарушения нормы абзаца 4 пункта 4 статьи 14-2 Закона со стороны гражданина Б. и ОДО «З» является следующее:

- направление гражданином Б. претензии в адрес ОДО «А» с требованием прекратить использование товарного знака завода «Ш», зарегистрированного на территории Республики Беларусь на имя гражданина Б., в результате чего он фактически лишил ОДО «А» возможности конкурировать с ОДО «З» на рынке средств измерений, производимых заводом «Ш»;

- фактическое нарушение деловых связей ОДО «А» с контрагентами;

- то, что претензия со стороны гражданина Б. к ОДО «З», которое в период с 22.12.2008 г. по 07.08.2009 г. осуществляло деятельность на территории Республики Беларусь по реализации средств измерений с товарным знаком завода «Ш» без заключения с гражданином «Б» лицензионного договора, не направлялась (данный договор был заключен лишь 16.07.2009 г., зарегистрирован в НЦИС 07.08.2009 г.).

7. ОДО «А» не получило доходы, на получение которых могло рассчитывать при нормальных условиях гражданского оборота, что подтверждает факт причинения убытков ОДО «А» действиями гражданина Б.

По итогам проверки по обращению ОДО «А» коллегия Департамента приняла следующее решение: «признать факт недобросовестной конкуренции в действиях Б., являющегося директором (учредителем) ОДО «З», связанных с регистрацией товарного знака, для товаров 9 класса МКТУ: приборы и инструменты научные, измерения, контроля (проверки), инструменты угломерные».

Указанное решение было принято коллегией Департамента в начале марта 2010 г.

Некоторые нюансы рассмотрения заявления Департаментом

Основным нюансом рассмотрения заявления ОДО «А» Департаментом стал срок его рассмотрения.

Заявление было подано в Департамент в середине сентября 2009 г., решение по нему коллегия Департамента приняла в начале марта 2010 г. То есть срок рассмотрения обращения составил почти 6 месяцев.

Вместе с тем, в соответствии с п. 9 Инструкции о рассмотрении заявлений (обращений) о нарушении антимонопольного законодательства в части осуществления недобросовестной конкуренции, утвержденной Постановлением Министерства экономики Республики Беларусь от 17.04.2006 № 61, Департамент рассматривает заявление (обращение) в месячный срок со дня его поступления.

Согласно п. 14 Инструкции в случае недостаточности или отсутствия доказательств, позволяющих прийти к выводу о наличии либо отсутствии признаков недобросовестной конкуренции, Департамент для сбора и анализа дополнительной информации (документов, сведений, доказательств) вправе продлить срок рассмотрения заявления (обращения) до двух месяцев с момента его поступления.

Нельзя сказать, что рассмотрение заявления ОДО «А» затягивалось только ради самого затягивания. Отнюдь. Специалисты, которые работали по этому заявлению, старались максимально полно выяснить все детали сложившейся ситуации: запрашивали дополнительную информацию и документы у сторон конфликта, государственных органов (например, у НЦИС и МИД), неоднократно встречались и беседовали со сторонами конфликта.

Однако установленный законодательством срок не был выдержан. Поэтому было бы логично в указанную тремя абзацами выше инструкцию внести соответствующие изменения, увеличив срок рассмотрения заявлений в Департамент до 6 (или даже до 12) месяцев, с тем чтобы нормативно установленный законодательством срок не отличался от реального срока реализации процедуры на практике.

Вторым нюансом рассмотрения заявления ОДО «А» Департаментом стала формулировка вынесенного Департаментом решения.

ОДО «А» в просительной части своего заявления просило установить факт недобросовестной конкуренции со стороны гражданина Б. и ОДО «З» в отношении ОДО «А» без ограничения по кругу товаров, на которые гражданин Б. зарегистрировал в Беларуси товарный знак завода «Ш».

В то же время в резолютивной части решения Департамент признал факт недобросовестной конкуренции в действиях гражданина Б., связанных с регистрацией товарного знака для товаров 9-го класса МКТУ: приборы и инструменты научные, измерения, контроля (проверки), инструменты угломерные.

То есть, по сути, написав так, Департамент признал факт недобросовестной конкуренции только для части товаров 9-го класса МКТУ, прямо названных им в резолютивной части своего решения.

Почему и на основании чего Департамент сузил группу товаров только до тех, которые прямо назвал в своем решении, непонятно. Однако этот момент мог свести на нет всю полугодовую процедуру отстаивания ОДО «А» своих прав.

Признание недействительной охраны товарного знака

Следующим шагом ОДО «А» после получения положительного решения Департамента стала подача возражений против предоставления правовой охраны товарному знаку в Апелляционный совет НЦИС.

Основанием для возражений послужила норма подпункта 1.3 пункта 1 статьи 25 Закона Республики Беларусь «О товарных знаках и знаках обслуживания», которая предусматривает, что предоставление правовой охраны товарному знаку может быть признано недействительным полностью или частично в течение срока действия правовой охраны, если связанные с регистрацией действия владельца товарного знака признаны антимонопольным органом или судом недобросовестной конкуренцией.

Гражданин Б. не обжаловал в установленном порядке решение Департамента, поэтому у Апелляционного совета не было оснований для приостановления рассмотрения заявленных ОДО «А» возражений.

В заседание Апелляционного совета гражданин Б. представил ходатайство по мотивам возражений ОДО «А» против предоставления правовой охраны товарному знаку. Основанием для позиции гражданина Б. стала именно узкая формулировка решения Департамента. В своем ходатайстве он просил:

1. удовлетворить возражение ОДО «А» частично, в рамках решения Департамента;

2. оставить в действии регистрацию товарного знака в 9 классе МКТУ в следующей редакции:

«09 кл.- приборы и инструменты научные, морские, геодезические, фотографические, кинематографические, оптические для взвешивания, измерения, сигнализации, контроля (проверки), спасания и обучения; инструменты нивелирования; инструменты топографические; в том числе: штангенинструмент (штангенциркули, штангенрейсмассы, штангенглубиномеры), микрометрический инструмент (микрометры, глубиномеры микрометрические, нутромеры микрометрические), индикаторный инструмент (индикаторы, нутромеры индикаторные, уровни), линейки измерительные, циркули».

То есть, как можно заметить, гражданин Б. просил Апелляционный совет по сути расширить круг товаров из 9 класса по МКТУ, на которые он зарегистрировал товарный знак, по сравнению с тем перечнем товаров, на которые товарный знак был зарегистрирован.

Апелляционный совет воспринял позицию гражданина Б. в отношении того, что признавать недействительной правовую охрану товарного знака необходимо лишь в части тех товаров, которые были указаны в решении Департамента. Однако расширять правовую охрану товарного знака на те товары, которые указал во второй части своего ходатайства гражданин Б., Апелляционный совет не стал.

В настоящее время ОДО «А» ожидает получения решения Апелляционного совета. Решение вступит в силу через 6 месяцев после вынесения.

Вместо послесловия

В качестве резюме хотелось бы отметить следующее.

Аналогично описанному в нашей статье гражданину Б. действуют очень многие белорусские граждане. Регистрируют на себя товарный знак, используемый на импортных товарах, и запрещают всем конкурентам импортировать в Беларусь и продавать здесь товары, обозначенные этим товарным знаком.

И столкнувшись с такой ситуацией, субъекты хозяйствования не всегда знают, как им следует поступать. Процедура преследования нарушителей через законодательство о недобросовестной конкуренции на сегодняшний день для Беларуси несколько экзотична и широко не используется.

О том, что нарушителей в данном случае необходимо преследовать именно таким образом, знают либо профессионалы-юристы, либо те, кто через такую процедуру уже проходил.

Однако, на наш взгляд, сложившуюся ситуацию необходимо исправлять и пользоваться подобной процедурой чаще.

Кого-то может испугать длительность процедуры (в общей сложности – с учетом возможных обжалований – она может занять около двух лет). И этот аспект действительно является проблемой, которую необходимо решать законодателю.

Ведь за два года конъюнктура рынка может здорово измениться и лицу, чьи права нарушил недобросовестный конкурент, положительное решение может уже не понадобиться. Более того, белорусские суды не взыскивают такую категорию убытков, как упущенная выгода. Поэтому недобросовестный конкурент заинтересован в затягивании процедуры – имея необоснованное преимущество, он особо ничем не рискует. Ну признают его действия недобросовестной конкуренцией, ну отменят через два года регистрацию товарного знака. И что дальше? За два года он заработает достаточно (и денег, и клиентов), чтобы затем этим пользоваться. А потерпевший от недобросовестной конкуренции свои убытки с него не взыщет.

Да, в КоАП и УК имеются соответствующие статьи, которые предусматривают ответственность за недобросовестную конкуренцию. Однако практика их применения настолько мала, что вряд ли кто-то серьезно опасается быть привлеченным к ответственности по этим нормам.

Поэтому белорусскому законодателю необходимо серьезно поработать над увеличением привлекательности процедуры преследования за недобросовестную конкуренцию, и в частности процедуры признания недействительной правовой охраны товарных знаков в случае, если связанные с регистрацией действия владельца товарного знака признаны антимонопольным органом или судом недобросовестной конкуренцией.

Не совсем понятно, зачем растягивать на год процедуру признания недействительной правовой охраны товарного знака (6 месяцев Апелляционному совету дается на рассмотрение возражений, 6 месяцев – на вступление решения Апелляционного совета в силу). Для этой процедуры вполне хватило бы двух месяцев: один – на рассмотрение, один – на вступление в силу.

И совсем непонятно, зачем предусматривать, что срок рассмотрения обращения о нарушении антимонопольного законодательства в части осуществления недобросовестной конкуренции составляет 2 месяца, если на практике он растягивается на полгода и больше. В данном случае, на наш взгляд, необходимо четко выдерживать установленный законодательством срок. Тогда ценность процедуры борьбы с недобросовестной конкуренцией только увеличится.

 

Илья Латышев, юрист, директор «Юридической компании Ильи Латышева«

7130
Если материал был вам полезен, помогите Юркаталогу рублем!
Есть вопрос по этой теме? Заполните заявку - и мы с вами свяжемся!
Заказать звонок
В формате +375 12 345 67 89
Спасибо!
Ваша заявка успешно отправлена!
Мы свяжемся с Вами в ближайшее время.