Заказать консультацию



Спасибо, мы скоро с вами свяжемся.

По всем вопросам звоните или пишите:

+375 44 77-361-33, info@jurcatalog.by

Толкал автомобиль — привлекли к ответственности за пьянку за рулем

Тему управления автомобилем в состоянии алкогольного опьянения мы уже поднимали . Однако правоприменительная практика по составу 18.16 Кодекса об административных правонарушениях (далее — КоАП) неисчерпаема. В данном материале мы проанализируем еще одно неординарное дело, которое непосредственно связано с понятием «управление транспортным средством». 

Так, постановлением начальника ОГАИ одного из районов г.Минска от 10 мая 2013 г., признано, что гражданин Б допустил нарушения пункта 10.1 Правил дорожного движения, в этой связи признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.18.16 КоАП и подвергнут административному взысканию в виде штрафа в размере 1 500 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами всех категорий сроком на 3 года.

Также признано, что гражданин Б допустил нарушения пункта 12.1.1 Правил дорожного движения, в этой связи признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.18.18 КоАП и подвергнут административному взысканию в виде штрафа в размере 50 000 рублей.

В постановлении об административном правонарушении записано, что:

а/. 08.05.2013 г. гражданин Б в период времени примерно 1.10, якобы двигался на механическом транспортном средстве VW ПОЛО по улице (автодороге): г.Минск, ул. Х, д.3 в состоянии алкогольного опьянения.

б/. 08.05.2013 г. гражданин Б в период времени примерно 1.10, якобы двигался на механическом транспортном средстве VW ПОЛО по улице (автодороге): г.Минск, ул. Х, д.3, управляя автомобилем не имея при себе водительского удостоверения.

Составленные инспектором ОГАИ одного из районов г.Минска. по делу протоколы об административных правонарушениях от 08 мая 2013 г. не соответствуют требованиям ч 2 ст.10.2 ПИКоАП, поскольку содержат записи обстоятельств дела, не соответствующие действительности.

Кроме того, в них также не указан свидетель произошедшего (водитель службы такси «Алмаз 7788».

А реальные события развивались следующим образом.

 

  • Примерно с 22 часов 07 мая 2013 г. до 01 час 08 мая 2013 г. гражданин Б находился в гостях у своих друзей по адресу: г.Минск, ул. У, д.25. Автомобиль VW Поло, был припаркован возле дома по адресу г.Минск, ул. У, д.27. Автомобиль находился там уже неделю.
  • Автомобиль нужен был гражданину Б на завтрашний день (08 мая 2013 г.) для поездки по личным делам.
  • Примерно около 00 часов 50 минут гражданин Б вызвал водителя, оказывающего услугу «Трезвый водитель» из службы такси «Алмаз» по телефону 7788, так как у него отсутствовало с собой водительское удостоверение и он не был уверен в своем состоянии. Поэтому решил в этот вечер за руль автомобиля не садиться и автомобилем не управлять.
  • Около 01.00 приехал водитель из службы такси «Алмаз» на своем автомобиле, который припарковал возле дома по адресу: г.Минск, ул. У, д.27. Гражданин Б вышел к подъезду вышеуказанного дома, где был припаркован его автомобиль, передал ключи и документы от автомобиля водителю службы такси, после чего они сели в мой автомобиль VW Поло, (водитель службы такси сел на водительское место, гражданин Б – на пассажирское на переднем сидении) и поехали в сторону ул. Х.
  • Необходимо отметить, что желания и намерения управлять в этот вечер транспортным средством гражданин Б не имел, поэтому водительское удостоверение оставил дома.
  • Через несколько минут после отъезда (они успели проехать около 800 метров), возле дома по адресу: г.Минск, ул. Х, д.3 их нагнал автомобиль ДПС с включенными проблесковыми маяками, и им пришлось остановиться.
  • Водитель службы такси, который управлял автомобилем VW Поло, остановил транспортное средство на проезжей части, заглушил двигатель, вынул ключи из замка зажигания, взял документы на автомобиль и проследовал в транспортное средство инспекторов ОГАИ.
  • Через некоторое время водитель вернулся к автомобилю гражданина Б, отдал ему ключи и документы и сказал, что у гражданина Б отсутствует документ, подтверждающий страхование обязательной гражданской ответственности владельцев транспортных средств и что дальше он автомобилем гражданина Б управлять отказывается. После этого водитель такси ушел в том направлении, откуда они начинали свой маршрут движения. В это же время автомобиль инспекторов ОГАИ уехал прямо по улице Х и скрылся из зоны видимости.
  • Оставшись на месте, гражданин Б попытался вызвать другого водителя из службы такси и авто-помощи 107, однако его попытка не увенчалась успехом.
  • Инспекторы ОГАИ, остановившие транспортное средство гражданина Б, не предприняли никаких попыток убрать его с проезжей части, хотя прекрасно понимали, что оно будет мешать проезду других транспортных средств.
  • Понимая, что автомобиль гражданина Б находится на проезжей части и может помешать движению транспортных средств в попутном направлении, последний принял решение переместить свое транспортное средство на обочину.
  • Будучи не уверенным в своем состоянии, гражданин Б автомобиль не заводил и в кабину автомобиля за руль не садился.
  • Путем применения физической силы и воздействуя только на рулевое колесо, он оттолкнул автомобиль вправо на 2 метра на обочину.
  • После этого он закрыл автомобиль и двинулся в прямом направлении для остановки попутного транспортного средства, чтобы добраться до дома.
  • Необходимо отметить, что фонари, освещающие проезжую часть и обочину на ул.Х, в момент произошедших событий не работали и проезжую часть не освещали.
  • Отойдя около 10-15 метров от автомобиля VW Поло, гражданин Б услышал приближающийся звук работающего двигателя. Это оказался тот же самый экипаж ОГАИ, который останавливал их ранее.
  • Выбежавший из автомобиля инспектор ОГАИ скрутил гражданина Б, неправомерно применив физическую силу, засунул в автомобиль ГАИ, где в грубой форме заявили, что я управлял автомобилем VW Поло, в состоянии алкогольного опьянения.
  • При этом никаких приборов для определения этого состояния (алкотестер) не применялось, протоколов процессуальных действий (какие признаки алкогольного опьянения обнаружили у меня сотрудники ГАИ, и по другим вопросам) не составлялось.
  • Гражданина Б отвезли на освидетельствование в УЗ ГКНД. Там же составили протокол об административном правонарушении, что гражданин Б, якобы управлял автомобилем VW ПОЛО по улице (автодороге): г.Минск, ул. У, д.3 в состоянии алкогольного опьянения и без водительского удостоверения.

Обращаем внимание, что управлять автомобилем в этот вечер и в этот час гражданин Б ни желаний, ни намерений не имел (он оставил дома водительское удостоверение и вызвал соответствующего водителя для управления его транспортным средством). Автомобиль с проезжей части он убрал путем применения физической силы, оттолкнув его вправо на 2 метра. При этом воздействовал только на рулевое колесо л\а, при незаведенном двигателе.

Согласно подпункту 2.74 пункта 2 ПДД, управление транспортным средством – это воздействие на органы управления транспортного средства, приведшее к изменению его положения относительно первоначального.

По нашему мнению, к органам управления транспортным средством, в совокупности, относятся рулевое управление, тормозная система, сцепление (на автомобилях с механической коробкой передач) и коробка переключения передач, с помощью которых транспортному средству можно придать определенное направление движения, скорость движения и (или) остановить его.

Исходя из вышеизложенного, мы под управлением транспортным средством понимаем целенаправленное и последовательное воздействие на рулевое управление, сцепление (при его наличии), коробку переключения передач и (или) тормозную систему с целью перемещения транспортного средства в пространстве относительно его первоначального положения.

Такое развитие событий возможно только при условии нахождения физического лица внутри (в салоне) автомобиля на водительском месте.

В соответствии с подпунктом 2.8 пункта 2 ПДД, водитель – это физическое лицо, управляющее транспортным средством, за исключением лица, обучаемого управлению механическим транспортным средством (сдающего квалификационный практический экзамен на право управления механическим транспортным средством). К водителю приравниваются лицо, обучающее управлению механическим транспортным средством (принимающее квалификационный практический экзамен на право управления механическим транспортным средством) и при этом находящееся в нем, а также всадник, погонщик скота;

То есть, исходя из пп. 2.8 пункта 2 ПДД водителем, в первую очередь, признается физическое лицо, целенаправленно и последовательно воздействующее на вышеуказанные органы управления транспортным средством.

В момент событий якобы административных правонарушений гражданин Б:

  1. Находился вне салона автомобиля, перемещая его путем применения физической силы;
  2. Воздействовал только на рулевое колесо;
  3. На сцепление, коробку передач и тормозную систему воздействия с его стороны не было.

Таким образом, можно констатировать, что в момент событий якобы административных правонарушений, предусмотренных ст.18.16 и 18.18 КоАП Республики Беларусь, 08 мая 2013 г. гражданин Б являлся пешеходом (пп.2.46 п.2 ПДД), а не водителем, и никоим образом не управлял транспортным средством VW ПОЛО, то есть целенаправленно и последовательно не воздействовал на рулевое управление, сцепление (при его наличии), коробку переключения передач и (или) тормозную систему с целью перемещения транспортного средства в пространстве относительно его первоначального положения.

Таким образом, можно констатировать, что изложенные выше доводы, безусловно, свидетельствуют об отсутствии событий административных правонарушений 08 мая 2013 г. и административный процесс по данному основанию должен был быть прекращен.

Помимо вышеизложенного, необходимо обратить внимание и на ряд грубых нарушений административного процесса, допущенных должностными лицами органа, ведущего административных процесс при производстве по вышеуказанному делу.

1. Прежде всего, в соответствии с нормами законодательства физическое лицо, в отношении которого ведется административный процесс, имеет право на защиту с начала административного процесса (в настоящем деле с момента осуществления первых проверочных действий процессуального характера), а должностное лицо органа, ведущего административный процесс, в силу ч 2 статьи 2.8 ПИКоАП обязано принять меры к тому, чтобы это лицо имело фактическую возможность использовать все установленные Законом средства и способы для своей защиты.

Однако ни один инспектор ДПС, которые были в месте событий (с гражданином Б контактировало не менее двух сотрудников ГАИ), о его правах в процессе ему не объявили и не приняли никаких мер к тому, чтобы он имел фактическую возможность использовать все установленные Законом средства и способы для своей защиты именно с начала административного процесса.

 Также, данные сотрудники ГАИ не объявили ему право воспользоваться юридической помощью адвоката с начала административного процесса, и не приняли никаких мер к тому, чтобы он мог заключить соответствующее соглашение с адвокатом территориальной коллегии адвокатов на оказание юридической помощи, чем не только нарушили его право на защиту (п.5 ч 1 ст. 4.1. ПИКоАП), но и гарантированное статьей 62 Конституции Республики Беларусь право на юридическую помощь для осуществления и защиты прав и свобод, в том числе право пользоваться в любой момент помощью адвокатов.

Те же самые нарушения Закона имели место и при рассмотрении дела начальником ОГАИ одного из районов г.Минска.

Согласно ч. 3 ст.2.8 ПИКоАП нарушение права на защиту является безусловным основанием для отмены вынесенного постановления о наложении административного взыскания.

Подробнее про право на защиту в административном процессе мы писали в номерах №7 и №11 за 2012 г.

2. Далее. Согласно ч.1 ст. 6.3 ПИКоАП, доказательствами являются любые фактические данные, полученные в предусмотренном законом порядке, на основе которых суд, орган, ведущий административный процесс, устанавливают наличие или отсутствие административного правонарушения, предусмотренного КоАП, виновность или невиновность лица, привлекаемого к административной ответственности, и иные обстоятельства, имеющие значение для принятия правильного решения по делу.

Объективная форма доказательств делает их предметом административно-процессуального регулирования, выражающегося в установлении:

  • точного перечня средств доказывания: показаний свидетелей и других субъектов, заключений экспертов, вещей, документов;
  • правил получения этих средств— опроса свидетелей, потерпевшего, лица, в отношении которого ведется административный процесс, выемки вещественных доказательств и документов и т. д., а также правил проверки сведений, полученных с помощью этих сигналов — назначения экспертизы, осмотра вещественных доказательств и т д.;
  • правил получения (воспроизведения) доказательственных фактов настоящего времени (например, эксперимент);
  • правил процессуального оформления всех указанных действий, то есть составления процессуальных документов (протоколов), закрепляющих эти действия и их результаты.

Форма доказательств придает им правовой характер и делает их органической составной частью всей правовой деятельности органов, ведущих административный процесс. Строжайшее соблюдение процессуальной формы доказательств субъектами доказывания обеспечивает, с одной стороны, максимальную доброкачественность доказательств, установление подлинных фактических обстоятельств дата, а с другой — права и законные интересы граждан, на которых распространяется деятельность органов, ведущих административный процесс.

Согласно ч.3 ст. 6.14 ПИКоАП, допустимыми признаются доказательства, полученные в установленном настоящим Кодексом порядке и из предусмотренных законом источников.

Согласно ч.4 ст. 6.14 ПИКоАП, доказательство признается недопустимым, если оно получено с нарушением конституционных прав и свобод гражданина или требований настоящего Кодекса, связанным с лишением или ограничением прав участников административного процесса или нарушением иных правил административного процесса.

Исходя из вышеизложенного, процессуальная форма доказательств есть основная характеристика их допустимости по делу.

3. 08 мая 2013 г. инспекторы ОГАИ одного из районов г.Минска не составили протокол процессуального действия, в котором не отразили совокупность достаточных оснований для проведения освидетельствования, самостоятельно не провели первоначальное освидетельствования, а также не пригласили понятых для фиксации хода и результатов первоначального освидетельствования, а лишь отметили, что подозревают, что гражданин Б находится в состоянии алкогольного опьянения.

Этим самым инспекторы ОГАИ грубо нарушили порядок освидетельствования физических лиц на предмет выявления состояния алкогольного опьянения, а также процессуальную форму закрепления доказательств.

Каким образом должен проводится данный порядок освидетельствования мы писали в номере №6 за 2013 год.

Все вышеуказанное говорит о нелегитимности проведения освидетельствования на предмет нахождения гражданина Б в состоянии алкогольного опьянения и результаты последующего освидетельствования в виде акта освидетельствования не могли быть положены в основания привлечения его к административной ответственности за данное правонарушение, так как являются недопустимыми по делу доказательствами.

Согласно ч.5 ст. 6.14 ПИКоАП, доказательства, полученные с нарушением Закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу вынесения решения по делу об административном правонарушении, а также использоваться для доказывания любого обстоятельства, входящего в предмет доказывания по делу.

4. Также полагаем, что доставление гражданина Б в учреждение здравоохранения – это есть, по сути, административное задержание, то есть фактическое кратковременное ограничение свободы физического лица, в отношении которого ведется административный процесс.

В этом случае инспектор ОГАИ обязан был составить протокол об административном задержании и направлении в учреждение здравоохранения на предмет освидетельствования.

Однако 08 мая 2013 г. инспекторы ОГАИ не составили протокол об административном задержании, в котором не отразили основания для задержания гражданина Б, не разъяснили ему право пригласить защитника, а также не составили соответствующего направления на медицинское освидетельствование.

Все это также свидетельствует о нелегитимности процедуры проведения медицинского освидетельствования, и недопустимости составленного акта освидетельствования как доказательства по вышеизложенному делу.

5. Также, недопустимыми по делу доказательствами следует признать протоколы об административных правонарушениях от 08 мая 2013 г., исходя из того, что они не соответствуют требованиям Закона (см. выше) и были представлены для ознакомления и подписания в отсутствие защитника (адвоката) (нарушение права на защиту; нарушение конституционного права гражданина на юридическую помощь).

Вместе с этим, недопустимым по делу доказательством следует признать и объяснения гражданина Б от 08 мая 2013 г., взятые сотрудниками ОГАИ под психологическим давлением и в отсутствие защитника (адвоката) (нарушение права на защиту; нарушение конституционного права гражданина на юридическую помощь).

6. По делу не был проведен необходимый эксперимент по проверке показаний сотрудников ОГАИ, которые, по нашему мнению, не могли видеть, что гражданин Б якобы управлял транспортным средством 08 мая 2013 г. в 01.10, так события происходили в темное время суток на неосвещенной улице, а сотрудники ОГАИ находились на значительном расстоянии от того места, где гражданин Б толкал свой автомобиль с проезжей части на обочину.

Все вышеуказанное свидетельствует об односторонности, неполноте и необъективности ведения административного процесса, а также о незаконности и необоснованности вынесенного по делу постановления.

7. На следующей стадии административного процесса начальником ОГАИ одного из районов г.Минска был грубо нарушен установленный ПИКоАП (статьи 11,5, 10.9, 10.10, 10.13-10.24 и др.) порядок рассмотрения и разрешения дела об административном правонарушении.

10 мая в 8 00 гражданин Б приехал в отделение ОГАИ, чтобы забрать свой автомобиль со штраф стоянки. В момент времени, пока сотрудник штраф стоянки пробивал по базе его автомобиль, девушка (тоже сотрудник ОГАИ) сказала, чтобы гражданин Б следовал за ней. Когда они подошли к кабинету гражданин Б увидел, что его привели к начальнику ОГАИ. Там в течение 5 минут произошло якобы рассмотрение моего дела и выписывание постановления по делу. Ему был задан единственный вопрос – признает ли он вину, на что гражданин Б ответил, что он автомобиль толкал и воздействовал только на рулевое колесо и поэтому считает, что он невиновен. После этого начальник ОГАИ заявил, что толкание и воздействие на рулевое колесо есть управление транспортным средством.

Дело об административном правонарушении было рассмотрено на второй день после составления протоколов об административных правонарушениях в отношении гражданина Б, без вызова его и других лиц в ОГАИ повесткой, без предоставления гражданину Б времени на ознакомление и осмысление материалов дела, на подготовку юридической позиции по делу, и т.д.

Также необходимо отметить, что в ОГАИ Партизанского РУВД г.Минска рассмотрения по существу дела об административном правонарушении не было. Ни разъяснения прав и обязанностей, ни должного опроса лиц, участвующих в деле и свидетелей, ни исследования иных доказательств по делу, ни установления обстоятельств, указанных в ст.11.6 ПИКоАП.

Реальные обстоятельства имевших место событий 08 мая 2013 г. начальником ОГАИ Партизанского РУВД г.Минска не установлены и в вынесенном по делу постановлении не отражены. Не опрошены сотрудники ГАИ, которые составили в отношении гражданина Б протоколы. Гражданину Б не было предоставлено возможности заявить необходимые ходатайства по делу. Постановление вынесено на неисследованных обстоятельствах дела. Текст постановления по делу был подготовлен заранее (до начала процедуры рассмотрения) и лежал на столе перед начальником ОГАИ одного из районов г.Минска. В него оставалось только вписать меру административного взыскания.

19 июня 2013 г. состоялось судебное заседание по рассмотрению жалобы гражданина Б на постановление начальника ОГАИ одного из районов г.Минска от 10 мая 2013 г.. Представители ОГАИ в судебное заседание не явились. В процессе разбирательства защита представила Высокому суду юридическое обоснование своей позиции с изложением всех вышеуказанных доводов. Одним из основных вопросов в процессе судебного разбирательства являлся вопрос, касающийся понятия «управление транспортным средством».

Суд частично принял во внимание позицию защиты, отменил вынесенное в отношении гражданина Б постановление начальника одного из районов г.Минска и отправил дело на новое рассмотрение в то же самое ОГАИ одного из районов г.Минска.

В свете ближайших изменений в законодательстве вопросы точного, единообразного применения норм административного законодательства становится все более и более актуальным.

Напомним, что в скором времени будут приняты изменения в Кодекс об административных правонарушениях и в Уголовный кодекс Республики, касающиеся ужесточения ответственности за управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения.

В частности, суммы штрафов за управление транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения, передача управления транспортным средством такому лицу либо отказ от прохождения проверки (освидетельствования) повысят до размера от 5 до 10 миллионов белорусских рублей с лишением прав управления на транспортное средство всех категорий срок на 3 года.

Помимо этого, в Уголовный кодекс будут внесены соответствующие изменения, касающиеся специальной конфискации транспортных средств у лица, которого обнаружили «пьяным» за рулем повторно в течении года с момента наложения взыскания за соответствующий вид административного правонарушения.

Конфискации собственник транспортного средства сможет избежать только в том случае, если докажет, что автомобиль выбыл из его обладания в результате противоправных действий третьих лиц (например, был угнан) или самовольства.

Помимо этого, статья 317 УК Республики Беларусь будет дополнена дополнительными частями.

4-й и 5-й частями статьи будет предусмотрена ответственность за нарушения ПДД, повлекшие по неосторожности смерть физических лиц, совершенные в состоянии алкогольного опьянения: до 7 лет лишения свободы за аварию, в которой тяжело пострадали люди или погиб один человек, 4-10 лет лишения свободы за две и более жертвы. Обе эти части будут предусматривать специальную конфискацию автомобилей, на которых было совершено преступление.

Однако правоприменительная практика показывает, что участились случаи привлечения к административной ответственности по ст.18.16 КоАП невиновных лиц. Лиц, в чьих действиях отсутствовала вина либо сам факт событий административных правонарушений.

Реализация заложенных принципов административной ответственности (законность, неотвратимость, виновность, справедливость и гуманизм) возможна только при четком, единообразном, всестороннем, объективном ведении административного процесса и применении норм Закона.

Изучение дел об административных правонарушениях в области безопасности дорожного движения показывает, что орган, ведущий административный процесс, зачастую пренебрегает элементарными правами граждан, ставя принцип оперативности административного процесса выше всех вышеуказанных принципов. Это касается принципа права на защиту, права заявлять ходатайства, давать или не давать объяснения и иных прав, указанных в ст. 4.1 ПИКоАП Республики Беларусь.

Процессуальные действия в большинстве своем происходят в отсутствие понятных, а свидетели не заносятся в составляемые процессуальные документы.

Процесс прохождения освидетельствования на предмет нахождения лица в состоянии алкогольного либо наркотического опьянения далек от совершенства и при его проведении происходят масса нарушений. А ведь именно акт освидетельствования является ключевым доказательством по делам (будь то административные либо уголовные) за управление автомобилем в состоянии опьянения.

Необходимо отметить, что после того, как изменился орган, рассматривающий дела об административных правонарушениях по ст.18.16 КоАП (напомним, до 2010 г. это был Суд, после – зам.начальника либо начальник ОГАИ территориального РУВД), количество лиц, привлеченных по данной статье резко возросло.

Орган, ведущий административный процесс, в лице зам.начальника либо начальник ОГАИ территориального РУВД не обращает внимания на вполне очевидные нарушения Закона со стороны своих подчиненных, указывая в текстах постановлений такую фразу:

«…Доводам гражданина А и гражданина Б имею основания не доверять, считаю способом защиты гражданина А и Б…».

Данная запись свидетельствует об явно обвинительном уклоне органа, ведущего административный процесс, его желании во чтобы то ни стало привлечь физическое лицо к административной ответственности.

Либо может встретиться подобная фраза:

«…Гражданин А, являясь знакомым гражданина Б поддерживает версию последнего с целью выгородить его за совершённые правонарушения и помочь избежать административной ответственности…».

В законодательстве Республики Беларусь отсутствует принцип «презумпция доверия показаниям работника милиции». Поэтому подобную фразу «…выгородить его…» в равной степени можно применять и к инспекторам ОГАИ, которые непосредственно проводят первичные процессуальные действия и их показания безоговорочно принимаются за истинные и ложатся в основу вынесения постановления по делу об административных правонарушениях.

Зачастую можно встретить и подобное утверждение:

«…Непризнание вины гражданином А расценивается как желание последнего уйти от ответственности за содеянное и опровергается вышеизложенными доказательствами (показания инспекторов ДПС, протоколами об административных правонарушениях, актом освидетельствования и др.)…»

Данная фраза также показывает явно обвинительный уклон ведения административного процесса в отношении физических лиц и явное негативное отношение должностного лица, органа, ведущего административный процесс, к личности привлекаемого к ответственности лица.

Все подобные высказывания свидетельствуют об обвинительном уклоне ведения административного процесса в нашей стране.

И до того времени, пока не будут четко выработаны определения понятий с точки зрения формальной логики, даны соответствующие разъяснения со стороны компетентных орган по практике применения норм Закона, точно и единообразно не будут применяться нормы Закона со стороны должностных лиц, органа, ведущего административный процесс, в Республике Беларусь будут происходить случаи, описанные выше.

Поэтому водители – будьте бдительны на дорогах!

 

Павел Латышев, юрист

www.advokat-latyshev.by

3259